Суббота , 16 Октябрь 2021

Христианская философия кратко: Христианская философия: средневековая и сотериология

Содержание

Патристика в философии: основные этапы

Патристика-это самый первый и влиятельный этап в развитии философии христианства со второго по шестой век н.э. Само слово «патри» с латинского переводится как «отец». Это учение отцов христианской церкви, которые заложили основы Священного предания. Патристика в философии является одним из самых интересных исторических объектов.

В истории развития патристики исследователи выделяют три промежуточных этапа:

  • апостольский период;
  • эпоха апологета;
  • зрелая патристика.

Патристика-основа христианского богословия и философии

Учение зародилось ещё в древние века, когда молодая религия христианства столкнулась и переплелась с философскими знаниями поздней античности. Патристика включает в себя философские, теологические и политико-социологические мысли и идеи, которые были найдены в сочинениях ранних христианских философов, которых прозвали отцами церкви. Патристика-это основа христианской философии и богословия.

Отцами церкви традиционно назывались деятели христианской церкви со второго по восьмой век, которые создали её организацию и догматику. Известными отцами церкви в католическом течении христианства стали Августин, Григорий Первый Великий, Амвросий Медиоланский, Иероним. В православном же течении ими считались Василий Великий, Фанасий Александрийский, Иоанн Златоуст, Григорий Богослов.

Главными качествами отцов церкви является:

  1. Православная вера.
  2. Святость жизни.
  3. Дар Святого Духа.
  4. Признание церковью.

Также были известны апостольские отцы, которые считались истинными учениками апостолов, либо учениками их учеников. Именно в сочинениях апостольских отцов появилось формирование основной проблемы христианского философствования.

Патристика представляет из себя доктринальную форму построения культуры христианства, сложную систему переплетения христианских ценностей и античного наследия философии. Как бы не были оба эти течения различны, они точно сходятся в одном: элемент в религии сильно превосходит над рациональными идеями философии.

Главным отличием патристика как исторически философского элемента является нежелание принимать свободный философский поиск. Патристика признает только общую истину откровения, нуждающуюся в истолковании и разъяснениях, и в тоже время играет общее достояние всего общества христианства. Патристику считают единственным учением в христианской традиции, которое раскрывается разными авторами с разной глубиной.

Как и патристика средних веков развивалось и другое учение-схоластик. Её период начинает с шестого века и заканчивается пятнадцатым нашей эры.

Схоластика

Схоластика представляет собой особое направление в философии средних веков, которое склоняло богословие христианства к учению Аристотеля. Основной задачей этого направления было оправдать веру с помощью разума. Иными словами, мыслители старались найти рациональное объяснение веры в Бога. Из-за её философии схоластику иногда путают с патристикой.

Само учение схоластики предназначалось для обучения основным христианским традициям и принципам. Несмотря на различия, патристика и схоластика всегда дополняли друг друга. Основываясь на одних и тех же принципах, и символике, они оставляли вместе искали ответы на общие вопросы. Современные философы подчеркивают, что схоластика до сих пор живет в патристике.

Одним из известных мыслителей схоластики был Фома Аквинский. Именно он выступил против идеи о том, что природа и дух противостоят друг другу. Мнение философа заключено в том, что для изучения человека, нужно понять единство его тела и души.

В современном мире схоластикой называют идеи или понятие, которые сильно отличаются от реальных представлений о мире, и их невозможно проверить опытным путем.

Главными особенностями схоластики является:

  • Развитие культуры цитирования.
  • Краткие изложения по каждому вопросу.
  • Рассматривает каждую деталь, идею и мнение.

К проблемам же этого учения относится следующее:

  • Проблема знаний и веры.
  • Доказательство существования Бога.
  • Проблема единичного и общего.

Периодизация патристики

Как считают религиозные мыслители, философское учение должно помогать совершенствовать веру в христианскую религию, которая выше любого знания, поскольку является его завершением. В этом случае философия теряет свою самостоятельную деятельность и начинает играть роль проводника человека к богу.

С помощью патристики был внесен большой вклад в создание христианской этики и эстетики общества в средние века.

Различают греческое и римское направление патристики. Основными её периодами являются:

  • апологетика или ранняя патристика (со второго по третий век). Представителями этого направления были Татиан, Климент, Юстин, Тертуплиан. Основной проблемой ранней патристики было отношений христианства к античному наследию.
  • патристика зрелая (с третьего по пятый век). Развивалась на Востоке, и в её деятельности принимали участие Григорий Нисский со своим братом Василием Великим Кессаривским, Амфилохий Ионийский, Гигорий Богослов Назианзин и др. На Западе в её деятельности участвовал Августин. Основной задачей этого направление была война с ересями.
  • патристика поздняя, которая основывалась на проблемах систематизации вероучения христианства. Основными фигурами в этом учении были Иоанн Дамаскин на Востоке и Боэций на Западе.

У патристики было особо выдающаяся роль в истории развития культуры христианства. Так, Августин Блаженный собственными учениями повлиял на средневековую философию. Этот мыслитель стал известен тем, что уделял много внимания на природу человека и его самопознание.

Августин Блаженный и его взгляды

Августин Аврелий (354-430), он же Блаженный, был одним из крупных представитель патристики Запада. Ему принадлежат такие сочинения: «О граде Божием», «О свободной воле».

Августин считал, что бог ни что иное, как высшая сущность, которая превосходит по силам и знаниям созданный им мир. Бог является конечным пунктом всех идей и поступков человечества.

Из этого следовало, что душа значительно превосходит тело, чувства и воля владеют над разумом. Душа представляет из себя намного совершенней фигуру, чем тело, поскольку она бессмертна и вечна, и только ей дано познать Бога. У воли есть преимущество над разумом, поскольку она является активной фигурой.

В собственных учениях Августин призывал к самопознанию. Он говорил об истине к богу, превышающую все человеческие возможности, и это дает вовсе не разум. а вера. То же говорилось и о благе, которое можно получить не из знаний, а из любви к Богу.

Так все учение Августина строилось вокруг бога как единого и совершенного бытие. Каждая отрасль знания сливается с другой, поскольку исходит лишь из одного начала, коим является бог. Бог представлялся как истинный источник знаний и высшие предметом этики и доброты.

Подобное поклонение богу и идеи полного подчинения ему сыграли с Августином злую шутку, породив серьезные проблемы. Учеников мучали вопрос, почему, если бог является олицетворением добра, то в мире живет зло? В ответ на это мыслитель говорил, что в мире не существует двух начал, по силе равных друг другу. Иными словами, существование бога (добро) и дьявола (зло) принизило бы существование создателя мира. Но вместе с этим Августин уверял, что нельзя требовать ответственности от бога за причиненное людьми зло в мире. Так и появилась теодицея-проблема оправдание бога перед мировым злом.

Августин блаженный первым создал собственную теодицею в собственных рассуждениях. Так он полагал, что бог с его волей является единственным высшим благом. Все созданное Богом только добро, а зло просто не существует. Зло не являлось особым существом, а лишь считалось отступлением от добра, своеобразным дефектом. Именно поэтому реально только истинное добро, и не существует никакого истинного зла. Оно лишь тень, которое отбрасывает добро. И на зло способен лишь тот несчастный человек, который отвернулся от бога и сосредоточился на собственной жизни.

Чтобы избавиться от человеческой гордыни, мыслитель спорил с монахом Пелагием, который был уверен, что человеческая воля должна быть свободна, и ввел под сомнение идею первородного греха.

Пелагий считал, что, совершая правильные поступки, люди получают результат собственных моральных усилий. Человек способен сам себя привести к спасению. Именно эти взгляды Августин жестоко раскритиковал. Он отрицал возможность того, что кто-нибудь из людей способен самостоятельно избавиться от своих грехов. И только божья благодать способна подарить надежду на спасение души. Так бог выбирал избранников для спасения, и его выбор не зависел от человеческих заслуг.

Своим учением Августин создал фундамент философии христианства, проведя итоговый разрыв с учениями греков.

Историко-философский феномен

Патристика, играя роль историко-философского феномена является общим учением, которое раскрывает мысли и идеи отцов церкви. Явление патристики рассматривается исследователями, как сочетание богатства и разнообразия всех его составляющих элементов. С помощью этого можно провести оценку уникальности каждого из представителей патристики и его влияние на учение. Для исследователя, который не собирается вникать в саму суть учения, патристика станет настоящим кладом исторических данных и идей великих людей.

Отсюда ясно, что саму патристику можно принимать как построение культуры христианства и научную дисциплину.

Как уже было сказано, патристика-это совокупность ценность христианской религии и эллинских философских учений. Благодаря этому христианство получило новое содержание для Откровения, чтобы сделать его таким понятным, чтобы идеи мыслителей стали понятны для простого народа.

В философии, патристической направленности, со времен зарождения жили две идеи. Первая заключалась в том, что необходима вера в бога и покорность его решениям. Человеку не обязательно стремиться достичь уровня создателя мира, поскольку бог является центром начала и конца всего. Вторая же идея говорила о том, что необходимо познать бога в его творениях, представлять все сущее как ясную гармонию мира, увидеть отблески его мудрости, покоя и света, не подвергать сомнению справедливость его решений и выражать любовь к богу.

Патристика играет сложную роль общего учения, которое раскрывает и излагает мысли и идеи различных отцов церкви. Если посмотреть на патристику с «внешней» стороны, не обращая внимания на её личные критерии и правила, то можно увидеть все разнообразие и богатство составляющих данное учение. Можно также провести оценку отдельного представителя учения и вклада в общую идею. Патристику исследователи рассматривают, как полное собрание философ в древние века их собственных позиций, и как духовный феномен, который состоит из нескольких ступеней и ответвлений.

Патристика-это сокровище, которое подарили христианство и эллинская философия. И это сокровище живет в наше время, как сборник философских идей.

Христианская философия — Студопедия

Христианство, возникшее в I в. н. э в Палестине, восточной провинции Римской империи, уже ко II–III вв. было широко распространено по всей территории империи и даже за ее пределами. О том, что совсем недавно эту веру называли «соблазном для иудеев, безумием для эллинов и недозволенной религией для правительства», быстро забыли. и уже в 325 г. указом императора Константина христианство объявляется государственной религией Римской империи. Считается, что сам император в знак лояльности принял крещение, но, тем не менее, наряду с новой верой продолжали действовать и храмы древних богов.

Просуществовав (с переменным успехом) в данной роли семьдесят лет, в 395 г., когда по приказу императора Феодосия Великого запретили под угрозой смертной казни так называемые языческие религии и закрыли все языческие храмы, христианство становится религиозным монополистом в огромной империи. В это же время начинается, как сказали бы теперь, террор в отношении философов, объявленных приспешниками языческих богов и, соответственно, еретиками. Однако не сама религия была в этом виновата. Тогда что стало причиной гонений? Существует известная поговорка, что историю пишут победители. Ее можно немного дополнить – и дополняют… Искренне проникся римский император проповедью всеобщей любви? Едва ли. Скорее всего, для победившей стороны управлять народом под эгидой новой веры стало выгоднее. И введение (именно введение, а не принятие) христианства – не исключение, а лишь подтверждение этого нерадостного правила. Так было в Римской империи, так было на Руси, когда князь Владимир копьем и мечом «крестил» свой народ, так было в Новом Свете, когда европейские миссионеры, сопровождаемые отрядами солдат, наставляли на «путь истинный» коренных американцев. С прискорбием стоит признать, что история человечества вовсе не полна рассказами о взаимной любви и братстве. Нет больше древних философов с их тягой к прекрасному и проповедью всеобщей дружбы и единства. И даже такой мирной религией, как христианство, некто ухитряется – причем весьма успешно! – прикрывать свои антигуманные поступки. Вспомним крестовые походы, вспомним сотни лет инквизиции, не говоря уже о более мелких печальных фактах из истории религий. Конечно, биография не одного только христианства успела ознаменоваться такими горькими моментами. Не следует забывать, что первых христиан римские власти бросали на корм львам на цирковые арены, такое тоже было. Хотя подобные ситуации не оправдывают того, что последовало дальше.


В 529 г. император Юстиниан закрыл последнюю языческую школу философии – Академию. Кстати, что именно означает слово «язычество», несущее, как правило, негативный оттенок? Можно предположить, что слово «язычество» происходит от слова «язык», т. е. «то, что во языцех», иначе говоря «то, о чем говорят». Естественно, что древние верования и древние философские системы были именно тем, о чем много говорили. Так, что мы видим, что ничего страшного или негативного в этом слове нет. Но историю пишут победители…


На формирование христианской философии значительное влияние оказало учение иудейско‑эллинистического философа Филона Александрийского. В частности – предложенный им метод аллегорического толкования Библии.

Но самые первые философские идеи христианства можно обнаружить в новозаветных текстах: в Евангелии от Иоанна и посланиях апостола Павла. А первыми попытками философского осмысления христианства можно считать гностицизм, учение Оригена, апологетику и патристику.

Важнейшее место в христианской философии занимает учение о спасении, то есть путях обретения райского блаженства и приближения к Богу.

Евангелие от Иоанна начинается упоминанием Божественного логоса – Слова. Иисус Христос как мессия – спаситель мира – отождествляется с Божественным логосом.

В посланиях апостола Павла затрагивается вопрос об отношении христианства к иудаизму и язычеству. В «Послании к Римлянам», например, сказано, что нет ни эллина, ни иудея, что Иисус пришел спасти всех. В некоторых других посланиях апостол Павел говорит, что вся языческая мудрость и философия – ничто перед божественной мудростью и что языческая философия только совращает верующих с истинного пути, указанного, естественно, в Библии. Но в то же время апостол Павел утверждает, что и язычники должны иметь возможность достичь познания Бога. На этих противоречивых высказываниях и базируется как позитивное, так и негативное отношение христиан к языческой философии.

Термин «гностицизм» происходит от древнегреческого «гносис» – «познание». Для гностицизма характерен синтез различных религий и философских учений. Возникнув в I в. в Сирии или Александрии, во II в. гностицизм получил широкое распространение, даже соперничал с христианством.

Вообще существует три вида гностицизма: христианский, языческий и семитско‑вавилонский. Для всех характерно представление о едином божественном начале, из которого посредством череды эманаций возникает иерархически организованный мир, предельно удаленный от Бога. Иногда присутствует и второе первоначало (за что, вероятно, гностицизм в первую очередь и осуждался церковью как источник ереси), являющееся антиподом Бога, это либо материя, либо мрак, либо хаос.

Крупнейшими представителями христианского гностицизма считаются жившие во II в. Василид и Валентин. Василид, к примеру, трактовал Библию следующим образом: ветхозаветный бог Яхве является только главой ангелов так называемого, низшего, т. е. видимого нам, неба. Он же творец‑демиург нашего мира, созданного из света и тьмы (или из добра и зла). Человек вообще – существо тьмы, однако некоторые люди, которых следует именовать пневматиками, обладают душами из надкосмической сферы.

Приход на землю мессии – Иисуса Христа предназначался именно для того, чтобы пневматики – светлые души – могли обрести нечто, именуемое гнозис, и освободиться от оков материального мира и вернуться на небо.

Суть гнозиса сложна как для понимания, так и для объяснения. Как считал Феодот, ее можно постичь, ответив на вопросы: «Кто мы? Где мы? Куда идем? Как освобождаемся?» и так далее. Обладание гнозисом – что, как мы уже поняли, присуще очень немногим людям – позволяет человеку познать свое внутреннее Я и восстановить внутреннее единство с высшим, духовным, невидимым небом.

Живший во II–III вв. философ Ориген родился и долгое время жил в Александрии. Он учился философии в школе Аммония, а потом и сам возглавил философско‑христианскую школу в Александрии, где раньше преподавал Климент Александрийский. Говорят, что, дабы избежать греховных плотских искушений, Ориген оскопил сам себя. Несмотря на столь ревностное отношение к вере, в 231 г. Ориген, осужденный двумя синодами, лишенный звания пресвитера, был изгнан из Александрии. После изгнания, перебравшись в Палестину, он открыл собственную школу. Однако во время антихристианских волнений был арестован и брошен в тюрьму, где скончался от пыток.

Ориген разработал учение о трех уровнях смысла Библии. Первый смысл – буквальный, или телесный, второй – моральный, или душевный, третий, самый важный, – философскомистический, или духовный. При этом, развивая свое понимание духовного смысла Библии, Ориген ориентировался на стоицизм и неоплатонизм, т. е. языческую философию, в которой он пытался найти обоснование христианских идей. Мыслитель считал, что языческая мудрость – это первый шаг на пути духовного роста человека, необходимая подготовка восприятия христианства, поэтому обучение учеников в своей школе он начинал именно с античной философии.

Описанная в Библии история мироздания в понимании Оригена выглядела примерно следующим образом: прежде чем сотворить время, Бог создал некое количество духовных существ (духов) и наделил их нравственной свободой. Один из духов так сильно возлюбил Бога, что слился с логосом и стал его сотворенным носителем. Посредством этой души позднее Сын Божий и воплотился на Земле. Все остальные свободные духи стали вести себя по‑разному, в результате чего возникло три вида существ: различные ангелы – те духи, которые возлюбили Бога; демоны – духи, отвернувшиеся от Бога; люди – духи, в душах которых установилось равновесие между любовью и нелюбовью к Богу.

Высшая цель Божественного творения заключается в том, чтобы все духи обрели любовь к Богу. Поскольку Бог не действует принуждением, он создал физический мир, куда и попадают падшие (демоны) или не определившиеся (люди). В физическом мире все, кто попадает в него, могут ощутить на себе, что такое зло и его последствия, и сделать свой выбор в пользу добра и любви к Богу. Таким образом, физический мир – это средство для исправления заблудших. Нашему физическому миру предшествовало бесконечное количество таких же миров, и в дальнейшем будут существовать новые и новые, до тех пор, пока все заблудшие духи не возлюбят Бога и не вернутся в духовный мир. Таким образом, Ориген утверждал обязательное спасение для всех, в том числе и дьявола, и временность адских мук.

Поскольку учение Оригена очень отличалось от сформировавшейся позднее официально принятой христианской теологии, не удивительно, что оно вызвало осуждение церкви, и особенно за идеи неизбежного спасения для всех; существования бесконечного количества предыдущих миров; предсуществования душ; о душе Христа как о сотворенном духе, что ставит Христа ниже Бога Отца, тогда как официальная церковь считала их равными.

В связи с таким положением вещей в 543 г. по приказу императора Юстиниана Ориген был объявлен еретиком. Но, несмотря на это, учение Оригена оказало немалое влияние и на видных деятелей христианского вероучения, и на средневековую философию в целом.

Теперь коснемся апологетики. В переводе с древнегреческого слово «апологетика» означает «оправдание». Апологетикой назвали течение в христианской философии, развившееся в II–V вв. и имевшее целью защиту христианского вероучения. Особо актуальна апологетика была до 325 г., до того момента, как христианство стало государственной религией в Римской империи, а христиане из «недозволенных соблазнителей» превратились в пример для подражания. Защита христианского вероисповедания проходила по трем основным направлениям. Целью первого было доказать иудеям, что пришествие именно Иисуса Христа было предсказано в Ветхом Завете и что христианство сменяет иудаизм по Божьей воле. Целью второго – дать приемлемое для так называемых язычников (т. е. рациональное и философское) обоснование христианскому вероучению. Целью третьего было доказать правительству собственную лояльность.

Как показала история, доказать иудеям то, что мессия – это Иисус Христос, христианам не удалось и до сих пор. Что же касается философии, то собственно философские идеи обнаруживались в первую очередь в тех апологиях, которые были направлены против язычников. В процессе решения поднятой в них проблемы отношений между разумом и верой, языческой философией и христианством сформировались две противоположные точки зрения, сохраняющиеся и по сей день.

Патристикой [4] называлось религиозно‑философское учение так называемых отцов церкви, то есть философов и богословов периода раннего христианства, чьи точки зрения стали лидирующими при формировании ортодоксальной [5] христианской теологии. Развитие патристики происходило в основном в III–VIII вв.

Догматы христианского вероучения принимались в ходе жесточайших дебатов на многочисленных соборах (съездах церковной элиты). Окончательное утверждение догм происходило на самых главных для христиан Вселенских соборах. Таким образом, стоит понимать, что догматы любой религии – это просто мнения обыкновенных земных людей, которые в какой‑то момент перетянули чашу весов в свою пользу.

Главные философско‑теологические проблемы, обсуждавшиеся в патристике, были следующими: троичность Бога и соотношение между божественными ипостасями; природа Иисуса Христа – божественная, человеческая или богочеловеческая; отношение веры и разума и так далее.

Патристику принято делить на раннюю и зрелую, восточную и западную. К ранней патристике обычно относят тех философов‑богословов, чьи учения позднее были приняты не полностью, а взгляды частично даже осуждены церковью (например, взгляды Оригена). Таких лиц именуют не отцами церкви, а церковными писателями.

Что же до восточной и западной патристики – учение западных отцов церкви сыграло роль главным образом для развития католического вероучения, а восточных – для православного.

Христианская философия — Студопедия

Западноевропейская философия средних веков – это философия христианская. В первые века христианская философия существовала в виде апологетики – оправдания христианства. Первым ярким хрис­тианским мыслителем, который систематизировал христианство, был Аврелий Августин, которого католическая церковь возвела в ранг Блаженных.

Августин Блаженный (354-430) жил на полвека раньше Прокла, и в его философии много идей неоплатоников, но дух его филосо­фии сильно отличается от духа античной философии.

Родился Августин в Северной Африке, мать его была христиан­кой. Сам же он к христианству шел долго и мучительно – через мани­хейство, скептицизм, неоплатонизм. Свои искания он подробно опи­сывает в «Исповеди» – первом сочинении такого жанра.

В возрасте тридцати трех лет Августин принял христианство, стал активным деятелем христианской Церкви, неумолимым гонителем многочисленных еретиков, отступников от официальной доктрины.

Бог у Августина – нематериальный Абсолют, противопоставлен­ный миру и человеку. Бог не излучает из себя мир, как у Плотина, а творит мир из ничего (это представление называется креациониз­мом). Бог – не безличное единство, а личность, сотворившая мир по своей добровольной склонности, причем творящая его непрерывно. Если Бог отнимет от вещей свою производительную силу, они сразу исчезнут. Божественное существо Августин представляет в сответствии с догматом триединства, установленным Никейским собором. Вторую ипостась, Бога-Сына, Логос-Слово, он рассматривает как самосознание Бога-Отца и как то «да будет», в результате которого появился мир. Платоновские «идеи», образцы вещей, превратились у Августина в предвечные мысли Бога-Творца.


Время – это мера движения и изменения сотворенных вещей, оно не существовало до творения мира. Вечность – не бесконечно дляще­еся время, она противопоставляется времени. В ней нет «прежде» и «после», лишь постоянное «теперь».

Борясь с дуализмом, Августин доказывал, что зло не сущест­вует само по себе, зло – это только отсутствие или малая степень добра. Эту проблему – объяснение наличия зла в мире при абсолютной благости и всемогуществе Творца – называют теодицеей. Теодицею Августина, объявившего зло ослабленным добром, иногда называют христианским оптимизмом.

Человеческая душа, созданная Богом, имеет начало, но не может иметь конца. К ней неприложимы никакие пространственные и коли­чественные характеристики, она полностью противопоставлена телу. Каким образом нематериальная душа соединяется с материальным телом, Августин объяснить не сумел.


Абсолютное превосходство души над тленным и преходящим те­лом требует пренебрежения ко всем благам и соблазнам чувственного мира. Чем большим количеством вещей пренебрегает человек, тем выше его добродетель. Блага человеческой жизни делятся на те, ко­торыми можно наслаждаться (любовь к Богу) и на те, которыми нуж­но только пользоваться, не привязываясь к ним.

Поскольку грех Адама и Евы, передавшийся всему человечеству, исказил и ослабил человеческий ум, он должен опираться на божест­венное откровение. Познает человек, черпая из глубин собственного духа, хотя ему иногда и кажется, что из внешнего мира. Душа не су­ществовала до рождения, поэтому источником вечных и неизменных идей в глубинах души может быть только Бог.

Августин различает науку и мудрость: наука – это познание, поз­воляющее нам пользоваться вещами, а мудрость – это познание ду­ховных объектов и божественных дел.

Концепция истории Августина интересна тем, что в ней появилась идея прогресса. Содержание истории – это борьба божьего царства и земного царства. Божье царство составляют люди, избранные и ведо­мые Богом, земное царство — люди, чьи поступки определяет их сво­бодная греховная воля. Прогресс проявляется в расширении божьего царства. Последняя эпоха человеческой истории, начавшаяся вместе с христианством, соответствует шестому дню творения, за которым последовал день отдыха. Так и в день Страшного суда избранная часть человечества отделится от подавляющего большинства грешни­ков, с которыми она была перемешана в течение всей человеческой истории, и соединится с Богом. Нечестивые же будут соединены с их истлевшими телами и ввергнуты в вечный огонь.

В первые века христианства, когда ожидалось со дня на день вто­рое пришествие и конец света, резко обозначилась противополож­ность религиозных и мирских устремлений. Мир, которому осталось существовать считанные годы или десятилетия, не только не имел значения, но и мог стать препятствием для спасения души. Этим дик­товалось требование аскетического пренебрежения ко всем благам и соблазнам чувственного мира.

Около восьми веков господствовал августинизм в католической философии и в качестве идеала пропитывал сознание каждого челове­ка. К осуществлению такого идеала , разумеется, не было готово средневековое общество, и создалось напряжение, ножницы между идеалом и возможностью его осуществления. Это и стало причиной поворота к другой крайности. С небес на землю стал перемещаться взор человека XII-XIII столетий. Маятник пошел в сторону натура­лизма, который достиг пика своего развития в XVIII веке.

В XII-XIII веках даже в среде кардиналов и папской курии тело больше не считается «мерзкой оболочкой души» (по выражению Гри­гория Великого), к нему относятся уважительно – при жизни челове­ка и после его смерти. Бонифаций VIII запрещает расчленение тела умершего короля, хотя еще после смерти Людовика Святого эта про­цедура считалась обычной.

Все это не означает, что земное ценится само по себе, в отрыве от небесного («отрыв» произойдет несколькими столетиями позже), это означает, что небесное для людей XII века стало проявляться через земное. Возрастает внимание к эфемерному, мимолетному, ибо в ми­молетном выражает себя не что иное, как вечное. Духовное просвечи­вает через материальное. Сфера духовного расширяется, и матери­альный мир, который раньше противопоставлялся духовному миру, теперь становился его символом или даже проявлением. «Глядя на красоту и великолепие мира, ты поймешь, что он подо­бен прекрасному гимну и все, что создано на земле, в своем многооб­разии звучит в унисон, образуя аккорд высшей красоты» (Гильом Овернский). Земные явления – необходимые ноты в аккордах божественного гимна. Мало того, чуткое ухо по этим нотам может восста­новить его звучание.

Хотя в раннем средневековье непосредственной целью борьбы были обычно земные блага, земная власть, но ценности, во имя кото­рых люди жили и сражались, не были земными – это град Божий, рай, вечная жизнь и т.д. В XII веке происходит плавное обращение к зем­ному миру и его ценностям.

Труд из отрицательной ценности – наказания – трансформируется в положительную – участие в созидательных делах, угодных Богу. Отступает мысль о том, что всякое новшество вдохновлено дьяволом, технический прогресс не отождествляется более с грехом. Меняется отношение к Христу: возрождается интерес к Иисусу как к человеку, к обстоятельствам его жизни. Меняется отношение к человеческому телу, земле, земной истории. Монахи в раннем средневековье приучи­ли общество к представлению, что смех – самое постыдное из звуча­ний, которые могут издавать уста. Евангелия не говорят о том, что Иисус в своей земной жизни хоть раз смеялся, поэтому и человек должен не смеяться, а оплакивать свою испорченную первородным грехом натуру. Но в XIII веке смех рассматривается как прообраз рай­ской радости. В теории главенствовали крупные университетские те­ологи, а в повседневной практике важнейшим образцом выступал Франциск Ассизский. Франциск всегда предстает с радостным лицом, и своей братии он советует проявлять веселость. Молодые английские францисканцы вновь основанного оксфордского монастыря так ревностно следовали этим советам, что буквально заходились в приступах частого безум­ного смеха, вызывая даже беспокойство у руководителей ордена.

На фигуре святого Франциска следует остановиться подробнее. В юности Франческо Бернардоне из итальянского городка Ассизи ув­лекался провансальской поэзией. Он и позже называл себя трубаду­ром. Как у большинства великих мистиков, его вера была подобна не теории, а влюбленности. С такой точки зрения писатель Герберт Чес­тертон объясняет аскетизм святого Франциска: «Расскажите жизнь Франциска как жизнь трубадура, безумствующего во имя любви, и все станет на свое место. Никого не удивит, что поэт собирает цветы на солнцепеке и простаивает ночи в снегу; превозносит телесную, земную красоту – и не ест; славит золото и багрец – и ходит в лохмо­тьях; стремится к счастью – и к мученической смерти. Все эти загад­ки легко разрешаются в простой истории любой благородной любви». Франциск был озарен сиянием Божественной любви, и его самоотре­чение было не самоконтролем, а страстью, наслаждением.

Христос для Франциска – Богобытие, безграничное во времени и повсюду сущее в пространстве. Франциск видел, что пребывание Христа в мире не прервалось, он напомнил обещание: «Я с вами до скончания века». Он показал, что любить позволено не только Бога, но и тварный мир. Любовь святого Франциска распространялась на все одушевленные и неодушевленные создания. Он хотел идти к им­ператору и умолять его, чтобы тот запретил убивать братьев жаворон­ков; любовью умиротворяет злобного волка; проповедует птицам; собирает с дороги червей и относит их в безопасное место. Он чувствует такую любовь и благоговение к огню, что не позволяет братьям тушить загоревшуюся на нем одежду. Для него были откры­ты сердца всех тварей, и легенда гласит, что природа питала ответ­ную любовь к Франциску.

Он видел мир не отделенным от Бога. Сохранился рассказ о том, как один из его монахов однажды «был так вознесен в Боге, что ви­дел в Нем, Творце, все творение Его, и небесное, и земное, и все их совершенства, и степени, и различные порядки; и ясно уразумел тог­да, как каждое творение являло своего Творца, и как Бог пребывает и над, и внутри, и вне, и вокруг всех творений.»

Свое собственное тело святой Франциск добродушно и насмешли­во называл «братом ослом» и укорял за леность и непослушание, но готов был слушать справедливые жалобы этого «брата осла». Однаж­ды Франциск, больной и изнуренный, спросил одного монаха, как ему быть со своей плотью, потому что, обессиленная, «она сама уже ни о чем не просит». Монах спросил святого: слушалась ли плоть Франциска, пока была в силах? И он ответил: в совершеном согласии жили мы, я и она, и дружно служили Христу. Тогда монах сказал: «Где же, отец, милосердие твое, где же любовь и снисходительность? Как мог бы ты служить Христу без помощи тела? Разве справедли­во отказывать в помощи такому верному другу, который жизни не жалел для тебя? Не бери, отец, этого греха на душу.» И поблагодарив монаха, Франциск начал говорить своему телу: «Радуйся, брат тело, ибо отныне я охотно буду исполнять твои желания и поспешу помочь твоим горестям».

Папа Иннокентий III утвердил орден, основанный Франциском, но вскоре структура и характер ордена сильно изменились. Он был реорганизован по иерархическому принципу, а его глава («генерал») стал назначаться папой. Франциск отошел от руководства окостенев­шим орденом, который в результате многочисленных пожертвований верующих быстро перестал быть нищенствующим.

Одновременно с францисканским был основан орден святого До­миника, тоже объявивший себя нищенствующим. В дальнейшем до­миниканцы стали главным орудием инквизиции, духовной жандарме­рией, они называли себя «псами господними» (по-латыни — domini-canes). Наряду с францисканцами, они занялись преподаванием в университетах, захватив руководство некоторыми из них.

XII-XIII века – это время расцвета схоластики ( от лат. schola -школа). Схоластика – не теория, а стиль философствования, стиль мышления. «Священное учение, – говорил Фома Аквинский, – пользуется челове­ческим разумом не для того, чтобы доказать веру, а для того, чтобы прояснить все то, что предлагается в этом учении». Выявление, прояснение – определяющий принцип схоластики. Чтобы прояснять веру через разум, необходимо прояснить сначала саму систему мысли. Это помогала сделать особая организация письменного изложения, выявляющая сам процесс разворачивания мысли. Отсюда проистекает схематизм схоластических сочинений.

Схоластические писания дожны были отвечать трем требованиям:

— достаточное перечисление (всеохватность),

— достаточная членораздельность (членение текста на главы, рубрики, параграфы),

— достаточная взаимосвязь.

Это не значит, что схоласты мыслили более упорядоченно, чем Платон или Аристотель, но они считали необходимым четко выявить упорядоченность и логику своей мысли. Схоластика обладала моно­полией на образование, поэтому страсть к «выявлению» и «разъясне­нию» проникла практически в каждый ум, занимающийся проблема­ми культуры, превратилась в «умственную привычку». В трактате по медицине, пропагандистской листовке, биографии Овидия – везде об­наруживается все та же одержимость систематикой делений и подраз­делений, демонстрацией методики. Это пристрастие оказало непо­средственное воздействие и на все искусства. В музыке это достига­лось введением такта, а в изобразительных искусствах – с помощью точного и систематического разделения изобразительного простран­ства. В готической архитектуре господствовал «принцип прозрачнос­ти»: членения интерьера могли быть «прочитаны» с фасада.

Схоластическая философия достигла своей вершины в творчестве Фомы Аквинского (1225-1274), который осуществил синтез аристо­телевской философии и христианства.

Св. Фома был сыном графа Аквинского, замок которого был рас­положен в Неаполитанском королевстве. Шесть лет он учился в уни­верситете Фридриха II в Неаполе, затем в Кельне и Париже. Вопре­ки сопротивлению семьи вступил в доминиканский орден.

Фома Аквинский тоже отстаивал позитивное отношение к плоти против «августинианских ворчунов»: пренебрежение к телесному на­чалу, говорил он, представляет собой рецидив манихейства. В противоположность платоновско-августинианской традиции, рассматривавшей вселение души в тело человека как некое наказание для нее и видевшей в телесном существовании души ущербность, Фома считал соединение души и тела нормальным явлением бытия.

Бестелесная душа творится Богом для данного индивидуального тела и всегда соразмерна ему. Но индивидуальности человеческая ду­ша не утрачивает и после смерти конкретного тела, которое она оживляет. Это происходит благодаря специальной помощи Бога, осо­бому акту, который сохраняет ее индивидуальную суть и в состоянии бестелесности. Но бестелесное существование души является ущербным, ибо полная субстанция человека требует единства души с телом, которое и восстанавливается в день Страшного Суда.

Фома Аквинский окончательно примирил католическую церковь с учением Аристотеля. Многие положения томизма (учения Фомы Аквинского) почерпнуты из Аристотеля.

Св. Фома отвергал доказательства бытия Бога, которые исходят из непосредственной данности Его человеческому сознанию, опро­вергая августинианцев и мистику, не принимающую необходимость Церкви. Могут быть только косвенные доказательства – из следст­вий. Доказательств таких пять.

1. Все, что движется, имеет причиной своего движения нечто иное. Следовательно, дожен быть перводвигатель.

2.Все в мире имеет причину. Должна быть первая причина.

3.Мир состоит из случайностей, должна быть абсолютная необходимость.

4.Различные степени совершенства измеряются абсолютным пре­делом, следовательно, должно быть абсолютное совершенство.

5. Мир целесообразен, следовательно, должен быть Бог, полагаю­щий цели для всего, что происходит в природе.

Идя одним из пяти путей, человеческий ум убеждается в бытии Бога.

В Боге сущность и существование едины. У остальных – от ангела до камня – сущность не определяет всей конкретности их существова­ния. Чтобы оно появилось, необходим акт милостивого Бога.

Пассивную аристотелевскую первоматерию Фома объявил про­дуктом творчества Бога «из ничего». Кроме материальных форм, есть бестелесные (ангелы). Духовной материи, в отличие от августиниан­цев, Фома не признавал.

Фома не соглашался с августинианскими «ворчунами», что каждое явление мира – результат непосредственного вмешательства сверх­природного Бога. Бог действует не так примитивно, Он использует естественные («вторичные») причины как свои инструменты.

Творение произошло не сразу, а поэтапно. Оно было делом не безличной необходимости, а Божественной Личности, которая дейст­вует, исходя из склонности своей свободной воли.

Прямое божественное озарение, интуитивное познание, которое у Августина считалось возможным для человека, стало у Фомы приви­легией ангелов. Но, по иронии судьбы, в 1272 году Фома сам пережил озарение и за минуту узнал нечто такое, после чего все написанное стал ценить не больше, чем солому. Заканчивать «Сумму теологии» он не стал.

С 1879 года стало обязательным во всех католических учебных заведениях преподавать систему св. Фомы (томизм) как единственно верную философию. Вследствие этого она представляет собой не только историко-философский факт, но и действенную силу.

Философия христианского мира — Студопедия

Часть вторая

На рубеже двух эпох

Философский поиск

Однако прежде чем перейти к разговору о философии христианского мира, необходимо хотя бы кратко упомянуть еще об одной, самой последней школе античности — неоплатонизме, возникшей на рубеже двух культурно-исторических эпох и попытавшейся вывести античную мысль за пределы тупиков скептицизма. Одной из важнейших предпосылок появления этой школы явилось активное возрождение интереса к наследию Платона, наблюдавшееся в конце 1в. до н.э. и сопровождавшееся различными попытками соединения его философии с элементами учений других школ — прежде всего, неопифагорейства и Аристотеля. Основателем неоплатонизма принято считать жившего уже в христианскую эру философа из эллинского Египта Плотина (204-270 гг.), вершины же своего развития это направление достигло в трудах Прокла (412-485).

Как и для большинства философов того периода, центральная проблема неоплатоников была сфокусирована на внутреннем мире человеческого самосознания, на его автономии и свободе. Но если для стоиков и скептиков освобождение от внешнего бытия и превращение души в самодостаточный мир было конечной целью всех их размышлений и действий, то для неоплатоников эта интеллектуальная эмансипация была не концом, а лишь началом пути. Уйти от внешнего мира, — утверждали они, — еще не достаточно. Отворотив свой взгляд от материального бытия, человек должен вглядываться в самого себя до тех пор, пока внутри своего мира — мира своей души — он не отыщет… Бога! Да, не через храмовое поклонение, не через обряды и жертвы, и не через соблюдение заповедей и постов, а через то божественное, что содержится в душе каждого,человеку дано приобщиться к абсолютному началу мироздания! Тем самым, провозглашенный эллинской философией внутренний, автономный мир человеческого Я, в учениях философов этой школы перестает быть лишь субъективной, случайной реальностью, а превращается в звено, соединяющее человека с Богом, а через него и со всем миром.


Это положение неоплатоников о божественности человеческого Я, о прямой, не опосредованной обращением к материальному миру связи его мысли с высшим, абсолютным началом бытия, представляет собой одно из наиболее парадоксальных явлений во всей истории мировой философии. С одной стороны, такой вывод представляется вполне логичным итогом развития философского учения античности об интеллектуальной природе бога. Действительно, первым мыслителем, объявившим разум сущностью божества, был, как мы помним, Анаксагор. Сократ, обращаясь к человеку, бесконечно возвысил деятельность самопознания, и именно этот подход в последствии развил Аристотель, определив Бога в качестве «мыслящего самого себя разума». Неоплатоники вполне логично завершили эту цепочку, объявив, во-первых, божественным любое мышление, во-вторых, определив самопознание и самоуглубление в качестве единственного способа открытия Бога в человеке.


Однако, с другой стороны, не смотря на логичность подобного вывода, в рамках классической древнегреческой культуры он быть сделан в принципе не мог, ибо провозглашавшееся неоплатониками прямое, ничем не опосредованное единство Бога и человека, было абсолютно чуждо языческому мировоззрению античности. И не случайно поэтому, что неоплатоническая философия смогла возникнуть лишь на рубеже двух эпох — тогда, когда мировоззрение новой, христианской эры, уже вызревало в глубинах мировой культуры.

О, дева мать, дочь своего же сына,

Возвышенней, смиреннее всего,

Предъизбранная промыслом вершина,

В тебе явилось наше естество

Столь благородным, что его творящий

Не пренебрег твореньем стать его.

Данте. Божественная комедия. Рай.

Песнь Тридцать третья.

Подробное обсуждение вопроса о том, каковы были культурно-исторические причины возникновения христианской религии, выходит далеко за рамки нашего курса, представляя собой одну из фундаментальных тем культурологии. Сегодня, по крайней мере, достаточно уверенно можно утверждать одно: столь фундаментальный мировоззренческий переворот не мог быть детерминирован причинами, уходящими корнями лишь в какую-то одну, частную область человеческого бытия, а с необходимостью должен был иметь под собой целый ряд глобальных оснований. Именно поэтому, в своем анализе мы вправе ограничиться предпосылками, в наиболее яркой степени проявившимися именно в философском сознании того времени, тем более что это был тот редкий случай в истории, когда определенные философские течения сыграли далеко не последнюю роль в формировании и, в особенности, конституировании совершенно новых религиозных представлений.

Как мы помним, главным итогом развития духовной культуры эллинской эпохи было формирование свободного мира человеческого самосознания — мира, совершенно автономного от окружавшей его социальной реальности, полной трагической безысходности и лишенной какого-либо смысла. Потребность в возвращении сознанию утраченной объективности, но при этом без потери обретенной им свободы, частично была решена неоплатонизмом — мир самосознания был превращен в своеобразное «окно», сквозь которое каждому было дано заглянуть в сверхчувственный мир божества. Однако, сугубо умозрительный выход, найденный этой последней школой античности, не мог быть удовлетворителен до конца — подобно диссонансному аккорду, он был неустойчив и требовал своего разрешения.

Прежде всего, сформировавшись в недрах одной из наиболее сложных и темных философских традиций, созданное неоплатониками учение оказалось совершенно чуждым широким массам народа, хотя и проявлявшим в те годы небывалый интерес к философским вопросам, однако, вполне естественно, предпочитавшим несравненно более ясные и доступные концепции стоиков и эпикурейцев. Но и с точки зрения строгой философской критики точка зрения неоплатоников была не столь уж совершенной и безупречной: соединение двух миров происходило не в реальности, а в мире свободной человеческой мысли, лишенной какого-либо объективного контроля. Человек открывал себе путь в объективность, но это была сугубо умопостигаемая объективность, обращение к которой с необходимостью требовало отречения от всего чувственного и предметного, воспроизводя, тем самым, старую античную дилемму «мира по истине — мира по мнению». Самоослепление, предписанное легендарным элеатским мудрецом в качестве единственного способа восхождения в истинный мир, вполне органично могло бы быть включено и в учения неоплатонизма. И неслучайно, что эти мыслители получили у современников насмешливое прозвище мечтателей — дескать мало ли чего может пригрезиться человеку, лишь только он погрузиться в никаким опытом не ограниченный мир своей фантазии и воображения. Таким образом, главная проблема — проблема соединения реального, чувственного мира человеческого бытия и внутреннего мира его духовной свободы— неоплатониками решена не была. А значит, человек по прежнему был раздираем самым фундаментальным противоречием — противоречием между направленным во вне, на внешний мир сознанием и направленным на себя самосознанием, и вопрос о примирении его с самим собой все острее вставал в духовной культуре той эпохи. Такую философско-мировоззренческую и даже психологическую функцию и взяло на себя христианство, провозгласившее принципиально новые, античности неведомые отношения между богом и человеком[35].

Достаточно даже поверхностного взгляда на основное, кульминационное событие христианского учения — на распятие Сына Божьего на кресте, чтобы понять главное: человечество в этой религии больше не выступает в качестве случайной игрушки Бога, несущественного момента его вселенского бытия, ибо никто не отдаст сына своего на мучительную гибель ради чего-то случайного и несущественного. Ребенок вообще есть высшая, абсолютная ценность для любого существа, и отдавая Сына своего в руки земных палачей во искупление людских грехов, всемогущий Бог раскрыл тем самым всему миру величайшую тайну — тайну вселенского смысла бытия человеческого рода. Да, человек греховен и несовершенен, но он не может быть за это просто уничтожен (например, через всемирный потоп), ибо спасение его от греховности играет какую-то высшую роль в бытии самого Бога. Каков этот смысл, какова эта роль — для ответа на этот вопрос требовалась более глубокая, чем античная, философская культура, поэтому наивно было бы ожидать найти его явное решение уже в самых ранних, классических христианских текстах. Но главный шаг был сделан — через образ Христа было провозглашено совершенно новое, античности незнакомое отношение между Богом и человеком — отношение, в рамках которого вертикальная зависимость человека от Творца превращалась как бы в двустороннюю. Теперь не только человек оказывается несовершенным без единства с Божеством, но и само Божество становится в какой-то степени несовершенным (!) без своего единства с Человеком. Тварь и творец как-то мистически меняются местами, сливаясь в абсолютное, неразрывное единство. В поэтической форме эту великую мысль лучше всех выразил, наверное, великий Данте, в том возвышенном обращении к Богоматери, что было взято эпиграфом к данной главе: «…В тебе явилось наше естество столь благородным, что его творящийне пренебрегтвореньем стать его».

Рождение земной женщиной Сына от божественного Отца было далеко не новостью в мировой религиозной истории. Достаточно вспомнить знаменитых персонажей древнегреческих мифов — Персея, Геракла — детей Зевса, имевших земных, смертных матерей. Но вот какое отличие должно нам сразу же броситься в глаза: соединяясь с человеком, божественное начало в греческой религии всякий раз обретало некое несовершенство, ярчайшим проявлением чего являлась смертность всех рожденных в результате подобных браков детей. И даже само название таких потомков — полубоги — название, весьма распространенное в античном эпосе, говорило само за себя. Совершенно с иной ситуацией мы сталкиваемся в христианстве: в этой религии Бог, соединяясь с человеком, не теряет в своем совершенстве, а, напротив, достигает, причем именно как творец, своей предельной вершины. И не случайно, что принятое в Древней Греции понятие «полубог» мы никогда не встретим в истинном христианстве употребленным в отношении к Мессии, для характеристики которого эта религия создала гораздо более адекватное понятие — богочеловек.

Таким образом, центральная идея христианства состояла в утверждении неразрывного тождества божественной и человеческой природы— тождества, реализовавшегося в Сыне Божьем и Сыне Человеческом Христе, явившегося вершиной развития и Бога, и Человека. Поэтому для мировоззрения этой религии являлось принципиальным, что Христос не был просто Богом, принявшим человеческий облик и по какой-то причине пожелавшим пожить среди людей — с подобными примерами мы не раз можем столкнуться в языческих мифах, однако, для новозаветного учения такое понимание было невозможно. И рождение земной женщиной в реальное время и в реально существующей географической точке, и жизнь, и мученическая смерть на кресте — все это, даже в поздних христианских текстах, никогда не воспринималось в качестве простой аллегории (как, например, того требовали представители одного из наиболее влиятельных еретическихнаправлений первых веков нашей эры — гностицизма), а всегда трактовалось в буквальном, точном смысле библейского повествования. Но столь же недопустимым было и противоположное отношение к Христу — отношение, развивавшееся в еретических учениях арианскоготипа, сближавшее его с древними пророками и видевшее в нем лишь совершенного человека, хотя и способного в особые моменты своей жизни воспринимать откровения свыше, однако, от этого не становящегося богоравным.

Итак, шаг, оказавшийся не под силу таким виртуозам философской мысли, как неоплатоники, оказался совершен религией, по странной иронии судьбы развившейся в среде безграмотных рабов. Действительно, если сугубо гносеологически взглянуть на провозглашенные этим учением принципы, то не трудно заметить, что Христос и оказался той великой вершиной, в которой свершилось столь долгожданное соединение творимой Богом объективной предметности внешнего мира и субъективного, абсолютно свободного и нравственно автономного внутреннего мира человеческого Я. Бог неоплатоников хотя и находился в каждой человеческой душе, но для обращения к нему требовалось стоическое отрешение от реалий чувственного мира. Напротив, Богочеловек в Новозаветной религии представал как чувственная реальность(!), как предметное существо, в полном объеме разделившее участь всего материального и конечного, в том числе и неизбежную гибель. Таким образом, соединение Бога с Человеком в этой религии свершалось не в умозрительном мире самосознания, а происходило в реальном, конкретном человеке, в силу чего соединение это было, во-первых, много глубже и последовательнее провозглашенного неоплатонизмом, а во-вторых, оно было доступно восприятию всем и вся.

Однако, христианское учение, выдвигая совершенно новые, незнакомые языческой культуре принципы, вступало в чудовищный конфликт с канонами здравого смысла той эпохи. Как справедливо заметил А. Лобок, древний грек рассматриваемого периода — «… это человек, которому, безусловно, знаком закон исключенного третьего и ценность непротиворечивого высказывания. И если первобытному человеку и маленькому ребенку совершенно незаметна противоречивость и непоследовательность собственных суждений, то мировоззрение древнего грека рационально простроено и не допускает смешения противоположного»[36]. Но как раз эти принципы, что называется на «корню» попирались исходными положениями христианства. Издевательства римских солдат, требовавших от распятого Иисуса, коль скоро он Бог, сотворения чуда и сошествия с креста, были, по сути своей, вызовом здравого смысла новой религии — здравого смысла, не способного представить себе соединение несоединимого — всемогущего Бога, страдающего и гибнущего от рук земных палачей. И не случайно, что это сплетение в жизни смерти Христа величайших противоположностей, вызвало в первые века нашей эры бурное развитие упомянутых выше еретических учений, в каждом из которых в той или иной форме отрицалась его богочеловеческая природа. Широкое распространение ересей грозило поглотить, растворить в себе истинное христианство, сутью которого как раз и являлась отрицавшаяся в этих учениях парадоксальность. Именно поэтому, сама жизнь требовала не только организационной — в виде церкви, но и идейной консолидации христианской религии — требовала, во-первых, выработки на основе библейских текстов строгой системы принципов и догматов, во-вторых, выявления четких пределов, за которые не могли заходить богословские споры единоверцев, в-третьих, ясного определения возможностей и границ заимствования культурного наследия языческого прошлого. Вполне естественно, что такая задача была не по силам стихийному мифотворчеству народа — она требовала образованных, искушенных в глубокой спекулятивной философии людей, прекрасно знакомых с культурной историей народов и, в то же время, адекватно представлявших себе тот великий духовный поворот, который произошел в мире с приходом в него учения Христа. И люди, способные взять на себя столь непростую миссию, действительно появились во 2-7 веках н.э. Последующие поколения по достоинству оценили их великий вклад в развитие мировой культуры, окрестив их почетным титулом «отцов церкви», причислив к ликам святых. Новое же направление в философии, возникшее благодаря деятельности этих мыслителей, вошло в историю под названием патристики (от лат. pater — отец).

Зарождение и становление христианской философии в первых веках

Формирование христианской философии

Христианство как религия появилось в I в. н.э. где-то в восточной части Римской империи – Палестине. Во II–III вв. оно распространилось на всей территории древнего государства и даже за его пределами. В силу того, что по закону христианства существует только один истинный Бог, все остальные римские боги были в один миг свергнуты со своего олимпа. Марс, Юпитер, Ромул и другие больше не были официальными богами римлян, теперь о них говорили как о лже-богах, а иногда даже как о демонах.

Довольно подозрительно выглядели христиане на фоне тех, кто преклонялся перед римскими богами. Римляне обожествляли даже своих императоров, в то время как христиане отказывались это делать. В сложившейся ситуации уже в I–III вв. стали происходить многочисленные акты гонений в отношении христиан.

Замечание 1

Первое отмеченное такое насилие в отношении христиан было в конце I в., когда римский император Нерон обвинил христиан в поджоге города, после которого город был практически разрушен.

В начале IV в. христианское общины окрепли и представляли собой достаточно серьёзные и мощные силы, с которыми, пусть так и не хотелось, но императорам приходилось считаться. В 313 г. случилось важнейшее событие: императоры Константин и Лициний издали Миланский эдикт, согласно которому все религии получали одинаковые права.

Слишком сложно?

Не парься, мы поможем разобраться и подарим скидку 10% на любую работу

Опиши задание

325 г. также был знаменательным: император Константин издал указ, который гласил, что христианство с этого момента является государственной религией Римской империи. Это стало толчком к тому, что примерно в 395 г. император Феодосий Великий принял указ, в котором говорилось о запрете языческих религий и закрытии всех их храмов. После этого в Римской империи христианство осталось единственной религией. В это время начинается активное преследование язычников, ведётся борьба с культурой язычников и, конечно, с философией.

Замечание 2

В 529 г. Была закрыта последняя языческая философская школа императором Юстинианом. Это

Основные принципы христианской философии

Сущность христианской философии

Определение 1

Христианская философия — это мировоззренческая установка, основанная не только на способности мыслить как источнике познания, но и на силе «сердца». Это два источника знаний, слитые воедино и являются источником познавательной деятельности человека.

В христианской философии выходят на передний план такие вопросы, на которые философы не могли дать четких ответов, так как они не выводятся посредством чистого разума. Это мировоззрение как учение об истине требует христианской веры, дающее философам максимум творческой свободы

Христианство обогатило философскую науку мощной совокупностью моральных правил и установок. При этом, для христианства в целом, как и для ее философии не характерен революционный радикализм, речь идет не о негативной оценке действительности с призывами к агрессивным действиям, а скорее о моральном протесте. Все необходимые перемены же христианство возлагает на Бога. Важными составляющими христианской философии являются вера во второе пришествие Христа и надежда на спасение, на жизнь вечную. Поэтому любовь к Богу и праведная жизнь на Земле ее центральные мотивы.

Принципы христианской философии и их краткая характеристика

К основным принципам христианской философии относят:

  • монотеизм
  • теоцентризм
  • креационизм
  • персонализм
  • провиденциализм
  • ревеляционизм
  • линейность истории

Монотеизм. В Библии впервые говорится о Боге как о едином и уникальном, кардинально отличающегося от всего прочего, дало возможность понимать трансцендентное единственно возможным способом. В греческой философии Платон указывал на космос как на видимого Бога, Аристотель называл «божественными» звезды, но после библии стало невозможным подобное сознание. «И когда обратишь глаза свои к небу и увидишь солнце, луну, звезды, и все, что ни есть на небе, не дай завлечь себя и не делай культа из этого».

Теоцентризм представляет собой концепцию, противоположную антропоцентризму и космоцентризму, при которой абсолютным наивысшим бытием считается Бог.

Теоцентризм основан на следующих мировоззренческих и религиозных установках:

  • вере в единого Бога, он является всем сущим, а не природа.
  • вере в всеобщее богоприсутствие.
  • сотворение Богом человека по образу и подобию Божьему
  • важнейшей составляющей земной жизни человека является его духовное познание, следование нравственным законам, любви к ближнему.

Креационизм — это концепция, согласно которой Бог является творцом всего бытия, в основе его лежит Слово и Божественная Воля.

На сегодня существуют различные концепции креационизма, как христианские, так и не христианские, претендующие на статус научных. В христианском креационизме выделяют два течения:

  • Буквалистский (младоземельный) креационизм — то есть мир был создан буквально за шесть дней, как и написано в Библии и около 6000 лет назад.
  • Метафорический (староземельный) креационизм — согласно которому шесть дней творения это метафора, которая адаптирована для людей с различным уровнем знаний, на самом же деле земля создавалась миллиарды реальных лет. Это связано с тем, что в Библии слово «день» не всегда означает сутки, но и неопределенный отрезок времени.

Провиденциализм — это историко-философский метод, который заключается в изучении исторических фактов как промыслы Божьего, высшего Провидения, движение истории по заранее подготовленному плану Божьему для спасения человека.

Замечание 1

Первыми христианскими философами, которые рассмотрели всемирную историю, как последовательную систему разветвления событий на пути к эсхатологическому царствию Божьему, были Евсевий и Иероним, а также в трудах Блаженного Августина в основе движения исторического процесса лежит Божественная воля. Именно он задал рассмотрение истории до появления Христа и после, по «шести возрастам» мира, «по четырем мировым монархиям».

Персонализм — это экзистенциально-теистическая концепция, согласно которой личность рассматривается как высшая духовная ценность, Бог при этом понимается как верховная личность.

Персонализм в христианской философии, в отличие от различных других видов персонализма, основан на вере в божественное происхождение человека и сотворения его по образу и подобию Божьему. Немаловажным является и тот факт, что свобода выбора личности в христианстве одна из духовных ценностей.

Линейность истории. В античности в основном время понималось как цикличное и бесконечное. У Платона, например, идея циклизма истории выражалась во мнении, что периодически повторяются события в истории, в том числе и сам философ, и его школа.

Замечание 2

По мнению исследователей, Ветхий завет с эсхатологическими идеями заложил основу для понимания времени как уникального и безвозвратного. Так, Августин считал идею цикличности времени ложной, потому что цикличность и повторяемость времени делает невозможным уникальное появление Христа и конечное спасение человека на Страшном суде.

Ревеляционизм – богооткровения лежат в основе средневековой гносеологии, все необходимые знания для спасения человеку приоткрываются Богом в священном писании. При этом важное место занимает интуитивное, духовное познание Бога.

Греческим философом Платоном выдвигается теория эроса, при этом под эросом понимается стремление к совершенствованию. Христианство же предложило новое понятие «агапэ» — любви, которая является бескорыстным и вечным даром Бога людям. При этом любит в первую очередь Бог, человек же оказывается способным к новой любви только при изменении себя внутреннего, уподобляясь Богу в добрых делах и поступках. Если я говорю языками человеческими и ангельскими, а любви не имею, то я — медь звенящая, или кимвал звучащий. Если имею дар пророчества, и знаю все тайны, и имею познание всякое и всю веру, так что могу и горы переставлять, а не имею любви, — то я ничто.

Христианская философия — Служение Эндрю Воммака

Каждый человек смотрит на свою жизнь через фильтр. Например, оптимисты видят возможности в каждой ситуации, с которой они сталкиваются, в то время как пессимисты видят только поражения и неудачи. Оба могут столкнуться с одинаковыми обстоятельствами, но их фильтр определяет их реакцию. Этот фильтр можно также назвать их философией.

Философия — это просто образ мышления. И знаете вы об этом или нет, но направление, в котором движется ваша жизнь, находилось под влиянием и контролировалось вашей личной философией или вашим доминирующим образом мышления.В Притчах 23: 7 говорится: «Каковы мысли в сердце своем, таков и он». Если это правда — а это так, — тогда имеет смысл быть уверенным, что вы смотрите на свою жизнь через правильный фильтр.

Колоссянам 2: 8 говорит: «Берегитесь, чтобы никто не испортил вас философией и тщетным обманом, по человеческим традициям, по зачаткам мира, а не по Христу».

В этом отрывке Павел предупреждал верующих в Колоссах. Слово «остерегайтесь» используется в значении «караульный».Это военный термин, означающий, что нужно быть начеку, быть начеку. И слово «портить» не говорит о еде; он говорит о военных трофеях, которые достаются победителю — золоте, серебру и земле.

Павел говорил быть начеку, чтобы не быть побежденным Врагом, который лишит вас вашего сокровища, и это истина, которую Бог вложил в ваше сердце. Этот Враг, дьявол, хочет украсть то, что Бог дал вам, используя мировую философию и религиозные традиции человека.

Иисус упоминает об этом в Евангелии от Матфея 15: 8-9, где говорится: «Этот народ приближается ко Мне устами своими и чтит Меня устами своими; но их сердце далеко от меня. Но напрасно они поклоняются мне, обучая учениям человеческим заповедям ».

Люди верили человеческим заповедям больше, чем Слову Божьему. Они сохраняли вид благочестия, но отрицали силу Евангелия Иисуса (2 Тим. 3: 5). Иудейские лидеры говорили, что Иисуса недостаточно, что людям по-прежнему необходимо соблюдать ритуалы и церемонии, и эти требования делали Слово Божье бездействующим в их жизни: «Таким образом, вы сделали заповедь Бога недействительной. ваша традиция »(Мф.15: 6).

Они действовали согласно философии, но неправильной. Многие христиане сегодня делают то же самое. У них в мозгу хранятся обрывки Слова Божьего, но они недостаточно медитировали на них, чтобы изменить свои основные убеждения. Когда приходит жизненное давление, они могут цитировать десятки отрывков из Священных Писаний, заявляющих об обещаниях Бога, но они действуют в соответствии с ценностями своего сердца.

Хороший пример этого можно увидеть в жизни одного из недавних студентов нашего библейского колледжа.Ей за шестьдесят, и она действительно великая женщина Бога. Она слышала мои учения о процветании и могла цитировать все связанные стихи. Умом она понимала все, чему я учил.

Но на уровне сердца у нее все еще был менталитет бедности, или, можно сказать, философия бедности. Ее воспитали родители, которые пережили депрессию и успешно внушили ей страх отсутствия. Она была так напугана, что все хранила и копила, даже деньги хранила дома, не доверяя банкам.

Хотя она накопила немного денег с помощью своей философии, она все еще считала себя бедной, и это влияло на все ее решения. Ее философия или образ мышления на самом деле держали ее в плену и ограничивали то, что Бог мог сделать в ее жизни.

Если по своей сути у вас есть философия — образ мышления, — который является негативным, он проявится в вашей жизни. Если вы видите себя бедным, больным или неудачником, это станет самоисполняющимся пророчеством. С другой стороны, если в глубине души вы видите себя благополучным, здоровым и успешным, это будет то, что проявится в вашей жизни.Итак, важно, чтобы ваша философия основывалась на истине Слова Божьего.

Сатана пытается обмануть нас с помощью тонкого обмана человеческой философии. Первый пример этого можно найти в Бытие 3: 1-5.

Змей был хитрее всех зверей полевых, которых создал Господь Бог. И он сказал женщине: да, разве Бог сказал: не ешьте от всякого дерева в саду? И сказала женщина змею: мы можем есть от плодов садовых деревьев; а от плодов дерева, которое посреди сада, Бог сказал: не ешьте от него и не ешьте. касайтесь его, чтобы не умереть.И змей сказал женщине: нет тебе смерти, ибо знает Бог, что в день, в который вы вкусите от него, откроются глаза ваши, и вы будете, как боги, зная добро и зло.

А теперь подумайте вот о чем: там сказано, что змей был хитрее. Слово тонкий означает лукавый, хитрый, хитрый и обманчивый. Он не использовал лобовую атаку, чтобы одолеть Адама и Еву; он пытался изменить их образ мышления, их философию.

Адам и Ева начали с чистой философии.Они полностью зависели от Бога и никогда не подвергали сомнению Его мудрость и доброту. Сатана сначала заставил их усомниться в слове Бога, а затем он заставил их усомниться в Божьей благости. Он обольстил их, о чем Павел писал во 2 Коринфянам 11: 3 — «Но я боюсь, чтобы, как змей обманул Еву хитростью своим, так и ваши умы не соблазнились простотой во Христе. . »

Сатана никогда не менял своей тактики. Он действует через наше общество и культуру, пытаясь создать философию, противоречащую Слову Бога.Он всегда пытается обесценить законченную работу Иисуса и Его Слова. К сожалению, это работает. Даже у большинства христиан сегодня нет прочной системы убеждений. На них больше влияет культура, кино, их воспитание или мнение других, чем Слово Божье.

Многие из вас, читающие это письмо, знают, что говорит Писание. Вы читали, что Бог хочет, чтобы вы процветали и были здоровы, даже если ваша душа процветает. Вы читали, что Его ранами вы были исцелены и что Иисус пришел, чтобы дать вам жизнь и жизнь с избытком.Но когда вы смотрите в зеркало, вы видите неудачника, неудачника или больного и побежденного человека. Это почему?

Это из-за вашей основной философии. Может быть, ваши родители сказали вам, что вы никогда ничего не добьетесь, или предыдущий партнер убедил вас, что вы ничего не стоите. Или, возможно, религиозный лидер сказал вам, что вы были прокляты из-за вашего поведения, и вы поверили ему или ей. Какой бы ни была коренная причина вашей веры (философии), вас балуют, а ваше сокровище крадут.

Если это вы, начните менять свой образ мышления. Изучайте и размышляйте над Словом Божьим и измените свои основные убеждения. «Ибо слово Божие быстро, могущественно и острее всякого меча обоюдоострого, пронзает даже до разделения души и духа, суставов и мозга, и распознает помыслы и намерения людей. сердце »(Евр. 4:12).

В моей жизни, когда я начал менять образ мышления, это открыло дверь к благословениям, которые Бог имел для меня все это время.Я действительно ограничивал Бога своим маленьким мышлением; то есть моя философия. Возможно, вы делаете то же самое. Если да, не теряйте больше времени — передумайте.

У каждого верующего должна быть четкая библейская философия, и она должна основываться исключительно на Слове Божьем. Без него вас будут метать взад и вперед все ветры учения.

Христианская философия


Христианская философия — Введение
Что такое христианская философия? Поскольку для этого требуется вера в библейское откровение, вы можете предположить, что христианское мировоззрение не может иметь собственной философии.Согласно светским мировоззрениям, натурализм и материализм прочно основаны на современной научной методологии и просвещенном человеческом опыте. Как мы, христиане, которые обязаны постулировать существование или реальность за пределами материального царства, можем когда-либо надеяться доказать, что наши убеждения истинны, разумны, рациональны и стоят того, чтобы жить и умереть?

К сожалению, некоторые христиане занимают именно такую ​​позицию, считая, что их вера не имеет оправдания. Они пытаются избежать всей проблемы, заявляя, что то, во что они верят, «выходит за рамки разумного».Эти христиане указывают на Колоссянам 2: 8, где Павел пишет: «Проследите, чтобы никто не взял вас в плен через пустую и обманчивую философию …», и из этого они делают вывод, что Бог не хочет, чтобы мы вмешивались в такое тщеславная и лживая дисциплина как философия. Однако люди, которые используют этот стих в качестве антифилософского доказательства, часто опускают его окончание, в котором Павел описывает вид философии, против которой он предостерегает, — философию », которая зависит от человеческой традиции и основных принципов этого мира, а не от Христос.”

Христианская философия — вера и разум
Когда дело доходит до христианской философии, Библия не требует от нас отказаться от разума, чтобы принять его истину. «Пойдемте, — пишет Исаия, — и давайте рассудим вместе, говорит Господь: хотя ваши грехи будут как багряные, они будут белы, как снег» (Исайя 1:18). Апостол Петр призывает христиан представить логические и убедительные причины их надежды на Христа (1 Петра 3:15). Но возможно ли это? Можно ли защитить христианскую веру, а точнее христианскую философию?

С.Э.М. Джоад, который большую часть своей жизни прожил с верой в неприемлемость концепции Бога, в конце концов заключает: «Это потому, что … религиозный взгляд на Вселенную, как мне кажется, охватывает больше фактов опыта, чем любой другой, что я постепенно подтолкнули к его принятию ». 1 Он завершил свое долгое личное паломничество, признав: «Теперь я считаю, что баланс разумных соображений во многом говорит в пользу религиозного и даже христианского взгляда на мир». 2 Это тот же Джоад, который выступал по радио BBC вместе с гуманистом Бертраном Расселом, выступающим с нападками на христианство.

Многие из тех, кто наконец начинает размышлять о более глубоких вещах жизни: «Как я сюда попал? Почему я здесь? Куда я иду? »- просто обнаружите, что христианство отвечает на эти вопросы более полно, чем любое другое мировоззрение. Те, кто искренне ищет истину, в конечном итоге окажутся лицом к лицу с Богом Библии. Хотя некоторым может нравиться спорить о том, существует ли Бог или нет, для обычного человека такие споры неуместны — он или она осознает Его существование на глубинном уровне души.Даже сегодня подавляющее большинство людей (некоторые опросы показывают, что эта цифра достигает 95 процентов) верят в Бога — факт, который Павел подтвердил и в Афинах своего времени (Деяния 17:23).

Христианская философия — Рациональный фундамент
Основные принципы христианской философии рациональны, потому что их придерживаются обычные, рациональные мужчины и женщины. Но, конечно, христианство все же должно столкнуться с эпистемологической проблемой — как христианин «знает», не вступая в противоречие с наукой и опытом? Как можно сравнить знания, которые мы получаем через веру в библейское откровение, со знаниями, полученными в результате научного исследования Вселенной?

Ответ не так сложен, как вы думаете.Все знание требует веры. Вера предшествует разуму или, как выразился У. Дж. Нейдхардт, «правильно рассматриваемая вера — это то озарение, с которого начинается истинная рациональность». 3 Другими словами, каждое мировоззрение начинается с базового предположения о природе реальности, которое не может быть доказано с помощью научного метода или логической дедукции. Это становится отправной точкой для построения целостного взгляда на жизнь.

Хотя марксисты и гуманисты хотят изобразить науку как первичное знание, а веру в библейское откровение — как слепую второразрядную эпистемологию или даже суеверие, факт остается фактом: все методы познания в конечном итоге опираются на

Христианство | Определение, происхождение, история, верования, символы, типы и факты

Сущность и идентичность христианства

По сути, христианство — это традиция веры, которая сосредотачивается на фигуре Иисуса Христа.В этом контексте вера относится как к акту доверия верующих, так и к содержанию их веры. Как традиция, христианство — это больше, чем система религиозных убеждений. Это также породило культуру, набор идей и образов жизни, практик и артефактов, которые передавались из поколения в поколение с тех пор, как Иисус впервые стал объектом веры. Таким образом, христианство является одновременно живой традицией веры и культурой, которую вера оставляет позади. Агент христианства — это церковь, сообщество людей, составляющих тело верующих.

Сказать, что христианство «сосредотачивается» на Иисусе Христе, значит сказать, что оно каким-то образом объединяет свои верования, обычаи и другие традиции по отношению к исторической личности. Однако немногие христиане согласятся оставить эту ссылку чисто исторической. Хотя их религиозная традиция является исторической, то есть они верят, что взаимодействие с божественным происходит не в сфере вневременных идей, а среди обычных людей на протяжении веков, подавляющее большинство христиан сосредотачивают свою веру в Иисуса Христа как в кого-то, кто также является настоящая реальность.Они могут включать много других упоминаний в свою традицию и, таким образом, могут говорить о «Боге» и «человеческой природе» или о «церкви» и «мире», но их не назвали бы христианами, если бы они не привлекли к себе внимание в первую очередь и последний к Иисусу Христу.

Оформите подписку Britannica Premium и получите доступ к эксклюзивному контенту. Подпишитесь сейчас

Хотя в этом сосредоточении на Иисусе как центральной фигуре есть что-то простое, есть и что-то очень сложное. Эта сложность раскрывается тысячами отдельных церквей, сект и деноминаций, составляющих современную христианскую традицию.Спроектировать эти отдельные тела на фоне их развития в странах мира — значит предложить ошеломляющее разнообразие. Изображать людей, выражающих свою приверженность этой традиции в их молитвенной жизни и строительстве церквей, в их тихом богослужении или в их напряженных усилиях по изменению мира — значит предложить еще большее разнообразие.

Учитывая такую ​​сложность, естественно, что на протяжении всей христианской истории как приверженцы традиции, так и те, кто ее окружали, предпринимали попытки упрощения.Это можно сделать двумя способами: сосредоточиться на «сущности» веры и, следовательно, на идеях, которые являются ее неотъемлемыми элементами, или на «идентичности» традиции и, следовательно, на границах ее исторического опыт.

Современные ученые определили фокус этой религиозной традиции в контексте монотеистических религий. Христианство обращается к исторической личности Иисуса Христа на фоне опыта единого Бога и при этом старается оставаться верным ему.Он последовательно отвергал политеизм и атеизм.

Второй элемент религиозной традиции христианства, за редким исключением, — это план спасения или искупления. Другими словами, верующие в церкви представляют себя в бедственном положении, от которого они нуждаются в спасении. По какой-то причине они отдалились от Бога и нуждаются в спасении. Христианство основано на конкретном опыте или схеме, направленной на акт спасения, то есть на возвращение или «выкуп», что является частью того, что означает искупление, этих созданий Бога к их источнику в Боге.Агент этого искупления — Иисус Христос.

Возможно, что на протяжении веков подавляющее большинство верующих не использовали термин сущность для описания центральной направленности своей веры. Сам термин имеет греческое происхождение и, таким образом, представляет только одну часть традиции, один элемент в терминах, которые вошли в состав христианства. Сущность относится к тем качествам, которые придают чему-то его индивидуальность и лежат в основе того, что отличает эту вещь от всего остального.Для греческих философов это означало нечто внутреннее и присущее вещи или категории вещей, что придавало ей характер и, таким образом, отделяло ее от всего другого. Таким образом, Иисус Христос принадлежит к сущности христианства и придает ему уникальную идентичность.

Если большинство людей не озабочены определением сущности христианства, на практике они должны прийти к соглашению с тем, что подразумевает слово сущность . Заняты ли они спасением или искуплением, с одной стороны, или думают и говорят об этом искуплении, его действующей стороне и его значении, с другой, они концентрируются на сути своего опыта.Те, кто сконцентрировались внутри религиозной традиции, также помогли придать ей самобытность. Невозможно говорить о сути исторической традиции, не обращая внимания на то, как ее идеальные качества обсуждались на протяжении веков. Тем не менее, можно последовательно рассматривать отдельные предметы сущности и идентичности, всегда осознавая, как они взаимосвязаны.

Христианская философия 1

Христианская философия 1 Центр Жака Маритена

Начальный курс

из

Основано на принципах
Лучшие ученые-авторы
Адаптировано из французского
г. Брат Луи Пуасси
по
Братья христианских школ
ИЗДАНИЕ ВТОРОЕ ПЕРЕСМОТРЕНО.
O’SHEA & Co.
НЬЮ-ЙОРК
Поступил в соответствии с Актом Конгресса в 1898 году к
г. ПЕТР МУТ
В офисе библиотекаря Конгресса США, Вашингтон,

Nihil Obstat.
D. J. McMAHON, D.D.

Imprimatur.
+ МАЙКЛ АВГУСТИН,
АРХИЕПИСКОП НЬЮ-ЙОРКСКИЙ

НЬЮ-ЙОРК, 11 августа 1898 г.


Содержание


Работает, чтобы проконсультироваться.

ГУДИН,
— Philosophie suivant les Principes de Saint Thomas. Париж, chez Poussielgue.

КЛЕУТГЕН,
— La Philosophie Scolastique, Expée et défendue. Paris, chez Gaume.

САНСЕВЕРИНО,
— Philosophia christiana cum antiqua et nova compare. Париж, Chez Lethielleux.
— Мануэль де ла Философия Кретьен. То же.

ЛИБЕРАТОР,
— Institutiones Философские до трехлетнего размещения.Romae, ufficio della Civilta Catolica.
— Elementa ethicae et juris naturae. То же.
— Le composé humain. Лион, Chez Briday.
— Théorie de la connaissance intellectuelle. Paris, chez veuve Casterman.

ПРИСКО,
— Elementi di filosofias speculativa. Париж, Chez Lethielleux.
— Metafisica della morale. То же.

ТАПАРЕЛЛИ,
— Essai théorique de droit naturel. Paris, chez veuve Casterman.

ГОНСАЛЕС,
— Estudios sobre la filosofia de S. Thomas. Мадрид, imprenta de Lopez.
— Философия элементаль. То же.

ФРЕДО,
— Traité d’anthropologie физиологические и философские. Париж, Chez G. Baillière.
ЗИГЛЯРА,
— Summa Philosophica. Лион, Chez Briday.

ДЕ САЛИНИС И ДЕ СКОРБИАК,
— Précis de l’histoire de la философии. Париж, Chez Hachette.

Все эти работы достойны высокой оценки; но мы особенно воздаем должное Либераторе, который был одним из первых, кто вспомнил и восстановил христианскую философию, и кардиналу Зильяра, который в высшей степени обучен и искусен в учении Св. Фомы.

К ним можно добавить следующие прекрасные работы на английском языке:

Харпер,
— Метафизика школы. Лондон, Macmillan & Co.
— Руководства по католической философии (серия Stonyhurst).Нью-Йорк, Цинциннати и Чикаго, Benziger Bros.

STÖCKL,
— Справочник по истории философии (ч. I.).


Записка нашего святого отца, Папы Пия IX.

Дилекто Филио, о. Алоизио де Пуасси, Congregationis Fratrum Scholarum Christianarum, Biterras.

PIUS PP. IX.

DILECTE FILI, SALUTEM ET APOSTOLICAM BENEDICTIONEM.

Si sedulo cavendum est in qualibet arte aut scientia, ne quoquo modo Principia deflectant a vero, id maxime profecto curandum est inphilusphia earum duce, praesertim vero in tanta errorum colluvie, quae ab ipsius nimirum corrective manavit.

Gratulamur itaque te, Dilecte Fili, scientiae hujus elementa traditurum, rejectis recntiorum commentis, Angelicum Doctorem et ceteros fuisse sequutum, qui, Ecclesia veritatis magistra praelucente, sapientia et operositate miklifisphi; et ex iis deprompsisse doctrinas, quibus mentes fingeres commissorum tibi adolescentium.

Gaudemus autem, Elementarem Cursum Philosophiae Christianae, a te editum, probatum fuisse egregio Episcopo tuo; et cum ipso tibi ominamur, ut illud in plurimorum utilitatem vergat.

Промежуточный vero divini Favoris auspicem et paternae Nostrae benevolentiae pignus Apostolicam Benedictionem tibi Dilecte Fili, peramanter impertimus.

Datum Romae apud S. Petrum die 13 марта 1876 г., Pontificatus Nostri anno tricesimo.

PIUS PP. IX.

Нашему Возлюбленному Сыну, Брату Луи Пуасси, из Конгрегации братьев христианских школ, Безье.

ПИУС IX., ПАПА.

ЛЮБИМЫЙ СЫН, ЗДОРОВЬЕ И АПОСТОЛЬСКОЕ ПОМОЩЕНИЕ.

Если в каком-либо искусстве или науке необходимо проявлять особую осторожность, чтобы принципы никоим образом не противоречили истине, это прежде всего необходимо в философии, королеве и умеренной женщине искусств и наук. Но особенно мы должны быть настороже в большом потоке ошибок, неизменным источником которых является искажение философии.

Поэтому мы поздравляем вас, Возлюбленный Сын, с тем, как вы относились к элементам этой науки.Оставив в стороне ложные системы более поздних авторов, вы последовали за Ангельским Доктором и теми, кто, руководствуясь светом Церкви, Владычицы истины своей мудростью и усердным трудом прекрасно проиллюстрировали философию. Из их работ вы извлекли доктрины, с помощью которых формировались умы молодых людей, доверенных вашей заботе.

Мы рады, что опубликованный вами «Начальный курс христианской философии» , получил одобрение столь выдающегося епископа, как ваш; и вместе с ним мы искренне желаем, чтобы это могло оказаться полезным для многих.

Между тем, как предзнаменование божественного благоволения и залог нашей отцовской любви, мы очень нежно передаем Тебе, Возлюбленный Сын, Апостольское благословение.

Дано в Риме, в соборе Святого Петра, 18 марта 1876 года, в тридцатый год Нашего Понтификата.

ПИУС IX., ПАПА.

Апробация епископа Монпелье.

МОНПЕЛЬЕ, 15 августа 1875 г.

Мы с удовольствием уполномочиваем брата Луи, заместителя директора школы-интерната Безье, опубликовать для своих учеников его курс христианской философии , основанный на принципах лучших ученых-авторов, который по нашему распоряжению он подвергся тщательному исследованию.Ученый священник, которому мы доверили редактирование произведения, вернул его с лестным свидетельством его достоинств. Поэтому мы будем рады увидеть его в руках юношей наших школ и узнать, что его принципы были знакомы даже ученикам наших первых классов. Ибо именно эти старые философские учения подготовили наших отцов к тому, чтобы они стали такими хорошими теологами, сделали их веру такой просвещенной, а их рассуждения — такими здравыми.

+ ФР.M. ANATOLE, Bp. Монпелье.


Предисловие переводчика.

Это руководство по философии было переведено на английский язык с целью удовлетворить потребности растущего класса молодежи обоих полов. Со всех сторон они окружены сомнениями и заблуждениями даже в отношении первичных истин, лежащих в основе как науки, так и религии. Их критическая позиция была ясно воспринята орлиным взглядом Папы Льва XIII, когда он написал свою бессмертную энциклику «Aeterni Patris».«Нетерпеливое восклицание, произнесенное выпускником известного американского университета:« Я не могу терпеть философию; его профессора постоянно спорят о принципах, «повторяют все, кто» разносится всеми ветрами учения «. На всех таких прославленный понтифик, который сегодня учит мир с кафедры Петра, призвал к изучению о «мудрости святого Фомы», чей тщательный анализ фундаментальных принципов философии и противоположных ошибок является неисчерпаемой кладовой для студентов всех последующих возрастов.В этом переводе выражается надежда, что наша молодежь найдет надежную почву для выгодных условий, откуда, насколько позволят время и талант, она сможет совершить экскурсии в великие и вдохновляющие глубины философии.

Такие изменения были внесены в исходный текст и такие дополнения, как опыт классной комнаты в течение нескольких последних лет и фазы мышления последнего десятилетия, особенно в этой стране, оказались необходимыми или желательными. С искренним желанием, чтобы на страницах этой книги можно было найти надежный проводник для интеллекта и облагораживающий стимул для воли, работа помещается как приношение любви к ногам Непорочной Марии,

НЬЮ-ЙОРК,
Праздник очищения, 1893 г.


ПРЕДИСЛОВИЕ.

ЦЕЛЬ этой работы — представить как можно более краткий план полного курса философии. Помимо вопросов, имеющих непосредственное отношение к экзаменам, мы попытались представить, по крайней мере вкратце, многие другие, действительно важные, без которых не может быть философии в собственном смысле слова.

Достаточно нескольких слов, чтобы объяснить наш способ процедуры и то, как можно использовать эту работу. Каждый абзац содержит сокращенную формулу, предназначенную для дословного заучивания, и краткое развитие, которое может служить основой для объяснения профессора.Формулы окажутся очень полезными для ученика, который старается запомнить их: они четко и логически классифицируют в уме все, что необходимо в философии; облегчают подготовку к экзамену; и очень часто они являются кратким, точным и полным ответом на предложенные вопросы. Развитие обычно дает в своих основных очертаниях основные доказательства приведенной выше формулы. Сравнения, многочисленные примеры, подробные комментарии были намеренно сокращены.Мы ограничились простым изложением, которое позволит студенту следовать и запоминать инструкции профессора. Опыт доказал, что этот метод, кажущийся несколько абстрактным и бесплодным, на самом деле очень выгоден, так как обязывает ученика прибегать к той прямой и личной работе, без которой не может быть истинного интеллектуального образования.

Некоторые, несомненно, могут подумать, что эта работа вводит вопросы, слишком сложные для начинающих, такие, например, как идеи, универсалии, материя и форма, пространство, время и другие, которые сопряжены с серьезными трудностями даже в трактатах, которые их рассматривают. в деталях.Но, поскольку эти вопросы столь важны, нам кажется, что их нельзя полностью игнорировать, не оставив философию лишенной основы и последовательности. Это замечание особенно относится к трактату по общей метафизике. В его нынешней сжатой форме он, возможно, будет сочтен слишком непонятным; тем не менее, мы сочли целесообразным сохранить его, хотя он не должен иметь никакой другой пользы, кроме как служить в качестве резюме для тех, кто желает более глубоко изучить предмет.

Против этого курса может быть выдвинуто другое обвинение в том, что он основан на методе и учении Учеников.Ведь мы действительно повсюду стремились точно воспроизвести принципы томистической школы в интерпретации Гудена, Сансеверино, Либераторе, Клейтгена, Приско, Гонсалеса, Тапарелли и других, текст которых мы часто просто обобщали, а иногда и воплощали в полный. Но этот упрек, будь он действительно заслуженным, несомненно, был бы в наших глазах лучшим панегириком, который можно было бы воздать этой скромной работе. Схоластическая философия, которая была принята на протяжении многих столетий всеми университетами Европы и отказ от которой привел к таким фатальным результатам, несомненно, имеет в свою пользу не только престиж времени и авторитет величайших гениев, но и то, что для христианина более ценно, — санкция Церкви.Следуя этой философии мы уверены, что никогда не отклонимся от католического учения; а вдали от него мы находим только несогласные, несущественные доктрины, часто явно ошибочные или запрещенные.

Но некоторые могут возразить, что мы должны уделять должное внимание потребностям времени, что, следовательно, самый разумный курс в настоящее время — действительно избегать явных ошибок, но все же не возвращаться, по крайней мере открыто, к этим старым доктринам, которые разоблачают чтобы нас считали не только не прогрессивными, но даже регрессивными.На это мы отвечаем, что отвергать ложное, не подтверждая истину, — значит оставить ум в напряжении, не зная, где остановиться; он должен забрать из него всю энергию и жизненную силу, лишив его надлежащего и необходимого элемента; это, в конце концов, доставить его без силы или защиты для соблазнов заблуждения.

Пусть эта скромная работа будет свободна от той расплывчатости или, скорее, отсутствия доктрины, которые слишком часто встречаются в некоторых элементарных трудах по философии; и пусть она внесет свой скромный вклад в распространение прекрасных и плодотворных учений схоластической философии.

Вскоре после публикации первого издания этой работы монстр. Амони, каноник, в настоящее время секретарь Апостольской нунциатуры в Вене.

Ниже приводим предисловие ученого переводчика:

«Я буду краток, добрый читатель, но я хочу, чтобы вы знали два основных мотива, которые побудили меня счесть публикацию этого» Элементарного курса философии «в высшей степени своевременной.Во-первых, хотя он отличается удивительной краткостью, он не упускает ничего необходимого для полного знания предмета; во-вторых, а это гораздо важнее при В настоящее время метод преподавания, принятый французским автором, соответствует методам обучения старых школьников, и его доктрины во всем совпадают с доктринами св. Фомы Аквинского. Теперь, как бы мало вы ни задумывались, с какой серьезностью учёный римский понтифик Лев XIII. рекомендует всем верующим Иисуса Христа философию святого Доктора, вы легко поймете, что, особенно в наши дни, эта работа заслуживает предпочтения перед всеми другими.

«На самом деле, если любовь к истине всегда и везде должна волновать умы и сердца людей и если каждый должен направлять все свои усилия на обретение истины, поскольку обладание ею составляет человеческое счастье, мы должны прилагать все больше усилий. к задаче, теперь, когда война против истины стала более активной и мы подвергаемся большей опасности ошибиться. Несмотря на то, что на протяжении семнадцати лет мне было поручено преподавать философию молодым людям, я никогда не пожалею о том, что предпринял этот перевод Потому что, на мой взгляд, нет ничего более методичного, более точного, более полезного.»

Во время публикации в Риме латинского перевода Osservatore Romano рекомендовал эту работу в длинной статье, из которой мы извлекаем следующее:

«Тот, кто желает получить эту работу для себя или других, не должен ожидать найти в ней ничего нового по материи или форме. Мы заверяем его, однако, что он найдет в ней особое преимущество: она содержит сокращенное и ясное изложение всех частей здоровой философии — принципов, метода, доктрины — все они соответствуют или, скорее, заимствованы из наиболее авторитетных и надежных источников, будь то древние или современные, здоровой философии.Короче говоря, ошибки кратко разоблачаются и настолько успешно опровергаются, что молодые люди становятся уверенными в истине и способными защищать ее от рационализма и натурализма, которые в наши дни больше, чем в любую другую эпоху, заражают общество.

«Изучающие философию должны быть благодарны автору, а также ученому переводчику, который отдавал предпочтение Италии, и особенно учреждениям научного образования, за книгу, полностью безопасную во всех отношениях. Она также чрезвычайно полезна с точки зрения принципов который он содержит и разъясняет, предмет для размышлений, который он предлагает молодым людям, и возможность сделать более полное изложение, которое он предоставляет профессорам философии.На самом деле мы считаем, что бесполезно и нецелесообразно давать молодым ученикам книгу, утомляющую своим обилием и возникающими ненужными трудностями, и которая, кроме того, делает излишними устные инструкции учителя ».

Венский журнал Vaterland в номере от 9 апреля 1882 г. завершает этими словами статью о том же сочинении, переведенную монсеньором. Амони:

«Эта работа, ввиду богатства представленного материала, должна занять свое место среди лучших работ по христианской философии, появившихся в последнее время.У нас нет на немецком языке никакого руководства по философии, которое на 416 страницах содержало бы такое большое количество материала, столь удачно и прекрасно разработанного ».


<< ======= >>

Христианская философия 2

Христианская философия 2 JMC: Христианская философия / Луи де Пуасси

Диалектика.

Рассуждение и его составные элементы.

4. Диалектика, первая часть логики, имеет своим объектом рассуждение и рассматривает: 1. Простое понимание; 2. Суждения; 3. Рассуждения. — Рассуждение — сложная операция, элементами которой являются суждение и простое понимание. Каждое рассуждение предполагает несколько суждений, и каждое суждение предполагает понимание двух идей. Следовательно, прежде чем рассматривать рассуждение как таковое, мы должны рассмотреть суждение и простое предчувствие.

Глава I. Простое предчувствие.

ИЗОБРАЗИТЕЛЬНОЕ ИСКУССТВО.I. — ПРИРОДА ПРОСТОГО ПРЕДПОСЫЛЕНИЯ.

5. Простое восприятие — это первая операция интеллекта, с помощью которой он захватывает или воспринимает объект без какого-либо утверждения или отрицания относительно него. — Первое действие ума — это простой взгляд, с помощью которого он воспринимает представленные ему объекты, не подтверждая и не отрицая ничего из них. Результатом этой операции является идеальное воспроизведение воспринимаемого объекта; это воспроизведение называется мысленным термином, концепцией, понятием, или идеей. Если мысленный термин выражается устно, он называется устным термином или словом.

ИЗОБРАЗИТЕЛЬНОЕ ИСКУССТВО. II. — ИДЕИ И УСТНЫЕ УСЛОВИЯ.

6. Идея — это простое интеллектуальное представление объекта, с помощью которого этот объект известен. — Человеческий интеллект по своей природе не обязан знать какой-либо определенный объект. Теперь, поскольку он безразличен в этом отношении, он, когда он действительно знает объект, должен быть определен как узнающий по этому объекту.Но этот объект может заставить интеллект знать, только будучи каким-то образом с ним соединен. Очевидно, что интеллект не может выйти из себя для осуществления этого союза, равно как и объект в своей физической реальности не может войти в интеллект. Следовательно, союз объекта и интеллекта должен осуществляться с помощью вида, формы или подобия объекта. Именно это средство объединения и, следовательно, познания мы называем идеей. {1} Его следует тщательно отличать от чувственного образа или фантазма, который пригоден только для восприятия и поэтому является материальным; тогда как идея духовна и свойственна интеллекту, и представляет не чувственные качества отдельного объекта, а его природу как одного из классов объектов.

7. Устный термин — это условное слово, выражающее идею. — В отличие от идеи или мысленного термина, который по самой своей природе представляет объект, устный термин имеет значение только в силу употребления и согласия людей. Он непосредственно выражает идею, а через нее и сам объект; но привычка обычно приводит нас к объединению идеи слова с идеей вещи.

ИЗОБРАЗИТЕЛЬНОЕ ИСКУССТВО. III. — РАЗДЕЛЕНИЕ УСЛОВИЙ.

8. Идеи бывают конкретными или абстрактными, ясными или неясными, отчетливыми или запутанными, полными или неполными. — Рассматриваемая со ссылкой на способ, которым объект представляется разуму, идея является конкретной , когда объект воспринимается в его физической реальности со всеми принадлежащими ему вещами; как идея «ученого человека» или «мраморной статуи». Это абстрактный , когда объект воспринимается отдельно от его реального существования или его физических связей; как идея «обучения» или «белизны».»

Что касается степени совершенства, с которой воспринимается объект, идея является ясной или неясной в зависимости от того, может или нельзя отличить воспринимаемый через нее объект от других объектов. Идея, которая у нас есть о «брате», «сестре» или «добродетели», т. Е. Ясна.

Идея — это отличных или сбитых с толку в зависимости от того, демонстрирует или не обнаруживает признаки, по которым объект отличается от других объектов; идея «добродетели», ст.g., отличается, когда с его помощью мы узнаем не только, что добродетель — это приобретенная привычка, но также и то, что она склоняет волю к правильным действиям.

Идея завершена и адекватна или неполна и неадекватна в зависимости от того, известны ли все или только некоторые из составляющих элементов объекта; идея «человека» как разумного животного завершена.

9. Устный термин является значительным или незначительным, фиксированным или неопределенным, однозначным или двусмысленным, аналогичным по атрибуции или аналогичным по пропорции. — Устный термин значащий , если это что-то значит, как «человек»; это незначительное значение , если оно не имеет значения, как «тервок».

Устный термин фиксированный , если он имеет устоявшееся значение, как «Бог»; это расплывчато , если его значение меняется по желанию того, кто его использует, как «Природа», что иногда означает видимую вселенную, иногда сущность вещи и т. д.

Устный термин однозначен , когда он имеет только одно значение для нескольких объектов, к которым он применяется, как «человек», что означает одно и то же в применении к Петру и Павлу; это двусмысленно, , когда его значение варьируется для каждой из нескольких вещей, например, «собака» применительно к звезде и животному.Устный термин — аналог, , если он означает несколько вещей, которые не имеют одинаковой природы, но имеют некоторое сходство, как «ступня», которая применяется к части тела животного и к подножию горы. Термин аналогичен аналогии атрибуции , когда он обозначает одну вещь в первую очередь и внутренне, и применяется к другим только из-за отношения, которое они имеют к первому, либо внешне, , как когда «здоровый» относится к пище. и животного организма; или по сути, , когда «бытие» относится к Богу и созданиям, субстанции и случайности.Термин аналогичен по пропорции, когда он применяется к нескольким вещам, которые в действительности различаются, но имеют определенную пропорцию друг к другу; как «принцип», имеющий пропорциональное сходство в применении к источнику, сердцу и точке.

10. Ментальные и устные термины значимы сами по себе или вместе с другим термином, положительным или отрицательным, конкретным или абстрактным, реальным или логическим, абсолютным или коннотативным, несложным или сложным, трансцендентным или предикаментальным, связанным или несопоставимым, предсказуемым или субъективным, предшествующим или последовательный, коллективный или распределительный, единичный или универсальный. — Термин, мысленный или устный, значим сам по себе, когда сам по себе имеет значение и, следовательно, может быть целым субъектом или атрибутом предложения, как «герой»; он значим с другим , когда сам по себе он не имеет значения и, следовательно, не может сам по себе быть субъектом или атрибутом предложения, как «некоторые».

Термин положительный , когда он обозначает некую сущность как «свет»; это отрицательное значение , когда оно обозначает отсутствие какой-либо сущности как «слепоту».»

Термин конкретен, когда он обозначает вещь со своими вещами, как она существует на самом деле, как «Петр»; это абстрактный , когда он обозначает вещь, рассматриваемую отдельно от субъекта, которому она принадлежит, и от которого она не имеет отдельного существования, как «белизну».

Термин настоящий , когда он означает нечто, существующее вне интеллекта, как «Бог»; это логическое , когда оно обозначает вещь, которая не существует, кроме того, что ей дает интеллект, как «вид», «род».»

Термин абсолютный или субстантивный , когда он обозначает вещь как существующую в себе, независимо от того, является ли эта вещь действительно субстанцией, как «человек», или случайностью, как «благоразумие»; это коннотативный или прилагательное , когда оно обозначает что-то сопутствующее другому, будь то случайность, как «добро», или субстанция, как «философ».

Термин непростой , когда он обозначает одну вещь одним знаком, как «ангел»; это сложный , когда он обозначает несколько реальностей или состоит из нескольких слов, как «поэт», который обозначает человека и его искусство; «Юлий Цезарь», состоящий из двух слов; «Император Карл Великий» сложен как на словах, так и на самом деле, поскольку включает в себя два слова и две реальности.

Термин трансцендентный , когда он означает нечто, применимое ко всем вещам, как «бытие», «что-то», «одно», «истина», «добро»; это затруднительное , когда это означает нечто, относящееся только к определенным существам, как «животное». Термины связаны , когда одно включает или исключает другое, как «человек и животное», «белый и черный»; они несопоставимы, когда они не имеют отношения исключения или подчинения, как «белые и образованные».»

Термин является предсказуемым , когда он может быть подтвержден другим; это субъективно , когда об этом может утверждать другой; таким образом, в предложении «Бог справедлив» Бог является субъектом, а — просто предикатом.

Предыдущий термин — это то, что следует за другим, как «человек» по отношению к животному; последующий термин — это то, что следует за другим, как «животное» по отношению к человеку. Если термины выводятся друг из друга, они называются взаимными, — «человеческими и рациональными».»

Термин коллективный , когда он обозначает несколько вещей, взятых вместе, как «люди», «нация»; это распределительный , когда он обозначает несколько вещей таким образом, что он может применяться к каждому в отдельности, как «человек».

Термин в единственном числе , когда он определенно обозначает одну вещь, как «Аристотель»; это универсальный , когда он применяется к нескольким вещам однозначно и распределенно, как «животное». Рассматривая универсальные термины, мы можем учитывать: 1.Универсальные термины сами по себе и пять видов, на которые они делятся; 2. Разделение универсальных терминов на различные Высшие Роды, называемые Категории.

ИЗОБРАЗИТЕЛЬНОЕ ИСКУССТВО. IV. — УНИВЕРСАЛЫ.

11. Универсалии — это термины, которые применяются однозначно и распределенно ко многим вещам. — Когда интеллект воспринимает сущность объекта, абстрагируясь от индивидуальных характеристик этого объекта, он может рассматривать ментальный термин, представляющий сущность, как применимый к каждому существу, имеющему общую сущность; термин тогда называется универсальный, как «человек».«Его противоположностью является единичный термин, который применим только к одному определенному объекту, как« Сократ ». Частный термин — это универсальный термин, на который влияет знак особенности, который ограничивает его частью того, что этот термин обозначает, как «некоторые мужчины».

12. Универсальные термины имеют два свойства: понимание и расширение, которые обратно пропорциональны друг другу. — Сущность, представленная универсальным термином, состоит из одного или многих элементов; таким образом, сущность человека состоит из «животности и рациональности»; понимание или содержание универсального термина — это сумма элементов, которые он содержит.Сущность, представленная универсальным термином, обнаруживается в большем или меньшем количестве предметов; таким образом, сущность человека находится в каждом человеке; расширение универсального термина — это количество существ, к которым он применяется. Чем лучше понимается термин, тем меньше его объем, и наоборот.

13. Есть пять способов, в соответствии с которыми универсальный термин может применяться к людям схожей природы; Таким образом, существует пять классов универсалий, а именно., род, вид, различие, свойство и случайность. Эти универсалии также называются предсказуемыми. — Универсальный термин выражает либо сущность вещи, либо что-то добавленное к сущности. В первом случае он выражает либо всю сущность, либо только ее часть. Если оно обозначает всю сущность, то это видов, и существа, к которым он применяется, называются индивидуумами, — «людьми».

Если универсальное обозначает только часть сущности, оно обозначает либо часть, общую для других видов, либо ту часть, которой сущность отличается от них: в первом случае его называют родом , а во втором — конкретным отличием. ; , таким образом, «животное» выражает то, что является общим как для человека, так и для животного, а «рациональное» выражает особую разницу, которая отличает человека от животного.Если универсальное обозначает то, что добавлено к сущности, либо этот атрибут не может быть отделен от сущности, но является ее необходимым сопутствующим, так что он всегда присутствует у всего вида и только у этого вида, и в этом случае он собственность ; или его можно отделить, не меняя сути, и тогда это случай ; таким образом, «свобода воли» — это свойство, «обучение» — это случайность человека. Род, виды и различия делятся на высшие, промежуточные и низшие и близкие, как это видно на следующей диаграмме.

 Вещество
 / \
 Телесное Бестелесное
 \
 Тело
 / \
 Органический Неорганический
 \
 Живущий
 / \
 Разумный неразумный
 \
 Животное
 / \
 Рационально иррационально
 \
 мужчина
  

ИЗОБРАЗИТЕЛЬНОЕ ИСКУССТВО. V. — ПРЕДЛОЖЕНИЯ ИЛИ КАТЕГОРИИ.

14. Проблемы или категории — это наивысшие роды, в которые классифицируются все реальные объекты; или они — высшие роды всех вещей. — Когда интеллект исследует объект, он ищет, какие атрибуты или предикаты он может подтвердить или отрицать этот объект. Все эти предикаты занимают свое место под предсказаниями. Но все различные объектов , которые может знать интеллект, были организованы в логику под определенными высшими родами, эти роды называются категориями затруднений, или .

15. Есть десять затруднений или категорий: сущность, количество, отношение, качество, действие, страсть, время, место, поза, пристрастие. — Каждое существо существует либо само по себе, либо в другом. Если он существует сам по себе, он называется субстанцией ; , если он существует в другом как его субъект, это называется аварией. Несчастные случаи делятся на девять родов; ибо, если мы хотим знать происшествия с веществом, например, Папа Лев XIII, мы можем задать следующие вопросы: 1. Насколько велик он человек? ответ на который дает количество ; 2. Чей он отец или сын? откуда следует отношение ; 3.Какая у него квалификация? качество; 4. Чем он занимается? действие; 5. Что он страдает? страсть; 6. В каком возрасте он живет? раз; 7. Где он? место; 8. Он сидит или стоит? осанка; 9. Как он одет? навык или навык.

16. Сравнивая друг с другом вещи, расположенные в затруднительных обстоятельствах, мы можем рассмотреть их противоположность, приоритет, одновременность, движение и способ обладания; это называется пост-затруднительным положением. Оппозиция — это отвращение одного к другому. Это может быть четырьмя способами: как Противоположное, , когда две вещи, подпадающие под общий род, несовместимы в одном и том же субъекте, как «тепло и холод» под родом температура; как Relative, , когда отвращение возникает из-за взаимоотношений, как «отец и сын»; как Privative, , когда возникает отвращение между вещью и ее лишением, как «зрение и слепота»; как Противоречие, , когда отвращение существует между бытием и не-бытием, как «человек и не-человек».»

Приоритет — это то, при котором одно предшествует другому. Оно бывает пяти видов: 1. Приоритет продолжительности , , поскольку «старик в своем существовании важнее юности»; 2. Из следствия : как «человек предшествует разумному»; 3. Порядка , как в изучении языка «грамматика предшествует литературе»; 4. Из достоинств, как «король и подданные»; 5. Из природы, как «солнце и его лучи». — Одновременность противопоставляется приоритету, следовательно, он также бывает пяти видов.

Движение — это переход из одного состояния в другое. Оно бывает шести видов: 1. Поколение , или переход от небытия к существенному существу; 2. Коррупция, или переход из бытия в небытие; 3. Увеличение, или переход от меньшего количества к большему; 4. Уменьшение, , противоположное увеличению; 5. Изменение, или переход от одного качества к другому; 6. Locomotion, или переход из одного места в другое.- способов обладания пять: 1. Присутствие, как «человек обладает знанием»; 2. Содержит, как «в графине есть вино»; 3. Владение, как «у человека есть поле»; 4. Отношение, как «у отца есть сын»; 5. Сопоставление, как «мужчина в одежде».

ИЗОБРАЗИТЕЛЬНОЕ ИСКУССТВО. VI. — СВОЙСТВА УСЛОВИЙ ПРЕДЛОЖЕНИЯ.

17. Термины имеют шесть свойств: предположение, наименование, состояние, усиление, ограничение, отчуждение. — Предположение — это особое значение слова в данном предложении, например: «Ангел — это слово». Ангел здесь означает просто слово, а не природу, знаком которого является слово.

Название — это применение одного термина к другому, как «Бог благ»; здесь добро относится к Богу.

Состояние — это принятие термина для времени, обозначенного глаголом, например, «Петр поет».

Усиление — термин, обозначающий более широкий времени, чем указано глаголом, например, «немой говорит.»

Ограничение — ограничение значения термина более узкой сферой; как: «Ева — мать живых». Здесь слово живет только для мужчин.

Отчуждение — это принятие термина в метафорическом или переносном смысле, как «Солнце Справедливости», используемого для обозначения Спасителя. «Вся природа улыбается» — это тоже пример отчуждения термина.

18. Предположение материальное или формальное, реальное или логическое, частное, коллективное или распределительное. — Предположение о термине материально, когда термин означает сам себя; как: «Человек — это слово». Это формальный , когда он обозначает объект, например: «Человек разумен»; и тогда он реален, , если он выражает объект таким, каким он существует сам по себе, независимо от каких-либо мысленных соображений; например, «Человек — живое существо» или логическое, , если оно обозначает объект, абстрагированный от его индивидуальных характеристик; как: «Человек — это вид». Настоящее формальное предположение — это конкретное , когда термин обозначает только некоторые из существ, которых он может представлять; как: «Некоторые люди лживы.«Это коллективный , когда он означает все существа, которых он может представлять, взятые вместе; как,« Апостолов двенадцать »; и распределительный, , когда он выражает все и каждое из существ, которых он может представлять; Человек смертен ».

19. Предположение подчиняется следующим правилам: 1. Термин, на который воздействует универсальный знак, имеет распределительное или коллективное предположение в соответствии с требованием сказуемого; как: «Все евангелисты святые», «Всего евангелистов четверо».2. Термин, на который воздействует определенный знак, имеет определенное предположение, например, «Некоторые люди справедливы». 3. Когда на субъект предложения не влияет какой-либо знак, у него есть универсальное предположение в необходимом отношении, например, «Человек разумен»; у него есть особое предположение в случайной материи; например, «Люди мудры». 4. В утвердительном суждении предположение из сказуемого всегда частное, например, «Человек смертен»; в отрицательном. предположение, предположение сказуемого универсально, как: «Человек — не растение.5. В каждом предложении предположение субъекта соответствует требованию сказуемого; следовательно, числовой термин требует коллективного предположения; например, «Апостолов двенадцать»; необходимый термин требует распределительного предположения; как, « Животные чувствительны; «условный термин требует определенного предположения; например,» люди мудры «.

20. Наименование материальное или формальное. — наименование — это материал , когда сказуемое применяется к предмету предмета, безотносительно к форме, которая обозначает предмет; как «Врач поет.»Это формальный , когда сказуемое применяется к форме субъекта, то есть к качеству или форме, которые определяют субъект; как» Врач лечит «. {2}

21. наименование подчиняется следующим правилам: 1. Когда предметом является конкретный термин, наименование является материальным; как: «Человек — живое существо». 2. Когда подлежащее уточняется, сказуемое утверждается только в отношении подлежащего, а наименование материально; как «Св.Фома Аквинский был учеником Альберта Великого ». 3. Когда сказуемое квалифицируется, сказуемое с его квалификатором утверждается в отношении подлежащего, и наименование является формальным, например,« Фома Аквинский был святым учеником Альберта Великого. »

СТАТЬЯ VII. — СРЕДСТВА СТРАХОВАНИЯ СОБСТВЕННОСТИ УСЛОВИЙ. — ОПРЕДЕЛЕНИЕ.

22. Чтобы термины были идеальными, они должны быть ясными и четкими. Чтобы получить этот результат, мы прибегаем к определению и разделению. — Цель этих двух процессов состоит в том, чтобы прояснить то, что неясно или запутано, очевидно, что они не должны применяться к тому, что уже достаточно ясно и отчетливо.

23. Определение — это краткое объяснение значения термина или природы вещи. — Отсюда следует, что существует два вида определения: номинальное и действительное; первая объясняет значение слова, вторая объясняет природу вещи, обозначаемой этим словом. Следует отметить: 1. Номинальное определение должно предшествовать реальному, когда природа вещи подвергается сомнению, а значение слова, выражающего ее, не понимается; 2.Что номинальное определение в рассуждениях никогда не должно считаться равносильным реальному определению; 3. Настоящее определение является научным.

24. Существует три вида номинальных определений: 1. По этимологии; 2. Согласно использованию; 3. В соответствии со значением, которое человек, использующий его, хочет придать ему. — Настоящее определение: причинно-следственный или существенный. — номинальное определение может быть дано в соответствии с этимологией ; как «Интеллект (от латинского intellegere, читать внутри) означает сокровенное знание.«Мы также можем определить термин в соответствии с использованием ; как:« Под словом Бог все понимают Бесконечное Существо ». Наконец, мы можем придать термину любое значение, которое мы выберем. В этом случае, однако, осторожность следует принять: 1. Не быть настолько произвольным в своем выборе, чтобы стать непонятно другим; 2. Не использовать это слово в другом смысле во время беседы.

Определение причинно-следственной связи объясняет вещь посредством принципа, который ее производит или порождает; как: «Сфера — это твердое тело, образованное вращением полукруга вокруг своего диаметра.«Существенное определение объясняет вещь, давая ее сущность; например,« Человек — разумное животное ». Это наиболее совершенный вид определения. Вещь иногда объясняется, описывая ее; такое описание называется описательным или ораторское определение .

25. Определение должно содержать ближайший род и видовое отличие. — По определению определенная вещь должна отличаться от всего остального и должна быть известна по своим характеристикам.Но без непосредственного рода характеристики вещи неизвестны; и без особого различия вид, к которому принадлежит вещь, неизвестен. В этом определении «Человек — разумное животное», животное определяет ближайший род, а рациональное конкретное различие. Это правило включает в себя то, что установлено современными логиками, а именно: определение должно применяться ко всему определенному объекту и ни к чему другому.

Обычно для определения используются три правила: 1.Определение должно быть четче, чем то, что определено; 2. Он должен быть конвертируемым в определенную вещь; 3. Определенное не должно входить в определение.

ИЗОБРАЗИТЕЛЬНОЕ ИСКУССТВО. VII. — ОТДЕЛЕНИЕ.

26. Деление — это разделение целого на части. Подразделение фактическое {3} или потенциальное. — Как разделение разделение целого на части, существует столько же видов разделения, сколько и различных видов целого.Но целое может быть фактических или потенциальных; , следовательно, деление может быть фактическим или потенциальным: фактическим , когда целое разделено на части, которые оно действительно имеет; как: «Человек состоит из тела и души»; потенциальный или логический , когда целое разделено на части, которые оно имеет в силу своего расширения; как: «Вещество материально или бестелесно».

27. Деление должно быть адекватным, оно должно производиться через более универсальные члены, и члены должны исключать друг друга. — 1. Разделение должно быть полным, а значит, равным всему разделенному; Таким образом, мы не должны делить треугольников на равнобедренных и равносторонних. 2. Следует перейти от более общих частей к менее общим; таким образом, разделение живых существ на растений, животных, и человек было бы ошибочным; сначала их следует разделить на разумных, и неразумных. 3.Делящиеся члены должны каким-то образом исключать друг друга; то есть одно не должно содержать другого, а тем более всего, чтобы быть равным целому разделенному; таким образом, человек не следует делить на душ, тело, и рук. К этим трем правилам можно добавить четвертое: деление должно быть кратким, то есть членов должно быть немного.


{1} Когда он рассматривается как продукт совместного действия объекта и интеллекта, он называется концепцией, а действие, порождающее его, называется концепцией.

{2} В первом примере предикатные знаки должны применяться не к форме или качеству врача, а к субъекту man, , который обозначается формой. Во втором примере лечит, естественно, принадлежит врачу как таковой и поэтому применяется к форме. Форма, в общем, — это любое определение, которым подвержен субъект.

{3} Реальное целое — физическое или метафизическое ; физический когда состоит из действительно различных частей, как тело и душа в человеке; метафизический , когда он состоит из частей, которые различны только логически, как животность и рациональность в человеке.

<< ======= >>

цитат из христианской философии (9 цитат)

«Сам факт наличия фиксированных выводов, к которым нужно стремиться в ортодоксальной вере, делает христианского философа не догматичным, а скорее интеллектуально плодотворным, готовым идти и следовать разуму дальше, чем предположительно недогматический неверующий философ»
— Грегори Б. Сэдлер


«Воин Христа обязан бороться против греха и заблуждения.Его борьба с антихристом вызвана его любовью ко Христу и спасением душ. Он ведет эту битву за спасение заблудших. Его отношение — истинная любовь. Но те, кто убегают от неизбежной битвы и лечат тех, кто сбился с пути, скрывая их заблуждение и преуменьшая свой бунт против Бога, по сути, являются жертвами эгоизма и самодовольства ».
— Дитрих фон Хильдебранд


«Бог св.Фома и Данте — бог любящий, бог Аристотеля — бог, который не отказывается быть любимым; любовь, которая движет небесами и звездами у Аристотеля, — это любовь небес и звезд к богу, но любовь, которая движет ими у святого Фомы и Данте, — это любовь Бога к миру; Между этими двумя побудительными причинами есть вся разница между действенной причиной, с одной стороны, и конечной причиной, с другой ».
— Этьен Жильсон


«Чтобы просто научиться понимать то, что другие христианские мыслители сами пришли к пониманию, и более или менее удачно общаться, необходимо, чтобы ум не был чистым листом, а был уже должным образом сформирован, дисциплинирован и тренирован.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *